Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Артур Лаутеншлегер / САКогда-то Вильгельм фон Гумбольдт сказал: «Если даже у народа 32 слова в языке, все равно — это цветок человечества. И этот цветок нельзя затоптать». А Александр Куприн назвал язык историей народа, путем цивилизации и культуры. «Поэтому-то изучение и сбережение языка является не праздным занятием от нечего делать, но насущной необходимостью», — писал классик. И это значит, что, отказываясь от изучения родного языка или заменяя его на неродной, его носитель в чем-то предает свою историю и отрекается от своих корней. В преддверии Международного дня родного языка, который отмечается 21 февраля, о роли государства в развитии малых языков и важности изучения и сохранения родного языка «СА» рассказал профессор Адыгейского госуниверситета, доктор филологических наук Ачердан Абрегов.

— Ачердан Нухович, как в языкознании определяется термин «родной язык»?

— Понятие «родной язык» в науке о языке определяется по-разному: то как материнский или семейный язык, то как функционально первый язык государства. Но для большинства этносов язык связан с понятием своей национальности. Родной язык — это основа, через которую мы познаем мир. Все начинается с детства: мыслительная деятельность ребенка происходит на родном языке, на нем же осуществляется познание окружающего мира. Применение родного (национального) языка, объявленного государственным, ограничено в целом ряде сфер России.

И чиновники должны отчетливо понимать, что, вводя ограничения на изучение родного языка в том или ином регионе, они становятся ответственными за его будущее. Умрет язык — умрет и культура, а за ней и вся нация в целом.

— Каковы перспективы языков малых народов в современном мире?

— Современный мир — это движение глобализации и политической интеграции, при котором происходит крушение одних общественных приоритетов и глобальное доминирование других. В этом случае активно стираются языковые и культурные различия народов, ситуация с малочисленными народами становится тревожной. Язык каждого народа — это вклад в мировую цивилизацию. Перед современным языкознанием стоит комплекс нерешенных вопросов о малочисленных языках, а также задача выработки новых методов сохранения их во времени и пространстве.

— Какие это могут быть методы?

— Самым важным условием сохранения культуры и истории народа является создание условий для сохранения языка, поскольку только в языке отражаются и преумножаются культурные и исторические ценности. Необходимо делать все, чтобы язык не исчез и продолжал существовать и развиваться. Защита языка — это не только коллективное, национальное, но и государственное дело. Первостепенное значение имеет обеспечение необходимых условий: обучение на родном языке, развитие науки и культуры на национальных языках, широкое применение в сфере массовой коммуникации — печати, радиовещания, телевидения, а также в официальной переписке и делопроизводстве.

Для улучшения работы в этом направлении нужна поддержка на государственном уровне. Например, создание программы «Языки народов Северного Кавказа», подобной программе «Русский язык». Издание красочных детских книг для самых маленьких, выпуск газет на двух языках и увеличение эфирного времени на местных телеканалах для передач, вещающих на родном языке, постепенно улучшат ситуацию с уровнем изучения родных языков. Следующим этапом должно стать расширение функций языка, создание учебников и пособий как для носителей языка, так и для других желающих его изучать.

— Известно, что мировая общественность стоит на страже малых языков…

— Да, Советом Европы в 1992 году была принята Европейская хартия региональных языков или языков меньшинств. Основная ее задача — защита и поощрение региональных языков и языков меньшинств как культурного наследия всего мира. Главное внимание в ней уделяется национально-культурному аспекту и использованию языков во всех сферах жизни носителей. Однако анализ подтверждает, что принятые решения в большинстве своем остаются на бумаге. В советское время функции родного языка оказались сведенными к минимуму. Так, например, во многих школах Северного Кавказа преподавание национальных языков и литератур носит формальный, неаттестационный характер.

— Как вы считаете, какова роль школы в распространении родных языков?

— Несомненно, большая. Однако учителя в школах должны владеть литературным родным языком, быть образцом для подражания в употреблении языка. А для этого им нужно постоянно учиться. Нужно уметь заинтересовать детей, творчески подходить к планированию уроков, подбору материала. Важно использовать наши журналы на родном языке, книги. Начинать процесс обучения нужно не со школьной скамьи, а с дошкольных детских учреждений — ДОУ могут благотворно повлиять на функционирование родных языков в регионах.

— Считаете ли вы, что новые технологии в распространении информации принесут пользу и увеличат количество носителей малых языков?

— Не уверен. Считаю, что непосредственный контакт с детьми гораздо лучше, чем обучение через гаджеты. Получается, обу­чающийся все время слушает, но не говорит. Это равносильно самостоятельному обучению, мало кто ответственно подойдет к такому вопросу.

Родной язык — это основа, через которую мы познаем мир. Все начинается с детства: мыслительная деятельность ребенка происходит на родном языке, на нем же осуществляется познание окружающего мира

— В связи с этим какие тенденции развития малых языков на Кавказе?

— Если дети не будут говорить на родном языке, он угаснет. Пока мама на работе, ребенок слушает телевидение, которое вещает преимущественно на русском языке, поэтому понятно, что русский он будет знать лучше и употреблять чаще. Считаю, что необходимо использовать все возможные способы изучения и употребления языка в речи, передавать через культуру. И главное — общаться на нем дома.

— Есть ли на Кавказе языки, которые на данный момент утрачиваются?

— Однозначно сказать нельзя, но хуже всего дела обстоят в Дагестане. Там функционирует более 50 языков. Среди них есть письменные и бесписьменные, есть одноаульные языки. Последние — больше бытовые, поскольку общение вне дома и обучение происходят на более распространенных языках.

— Как адыги, проживающие за рубежом, сохраняют родной язык?

— В разных странах это складывается по-разному. Все зависит от места проживания. В Израиле есть два аула — шапсугов и абадзехов. Все их жители говорят на иврите, арабский тоже изучают, поскольку они мусульмане, учат иностранный. Учатся в школе и изучают адыгейский язык. Все потому, что в Израиле им создали такие условия, что они смогли сохранить родной язык в пределах двух аулов. У них даже на администрации аула висят израильский и адыгский флаги, при въезде в аул его название написано и на адыгейском языке. А в арабских странах этого нет, хотя в Иордании проходит обучение и на адыгейском, и на кабардино-черкесском языках.

— Можно ли говорить о том, что судьба малых языков — стать языками бытового общения?

— Нет, пока рано об этом говорить. Однако, если государство не будет проводить целенаправленную языковую политику в отношении малых народов, впоследствии национальные языки будут постепенно угасать, превратятся в бытовые и в конечном итоге могут исчезнуть.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook




Закон Республики Адыгея