Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"
Такой Юля была 2 года назад.
Такой Юля была 2 года назад.

О симпатичной белокурой и голубоглазой Юле — воспитаннице дома ребенка — мы писали два года назад. Тогда ей было чуть больше двух лет. Девчушка сразу меня очаровала. Она была как маленькая принцесса, и я недоумевала, как могут быть родители настолько глупы, безвольны, жестоки (не знаю, что тут ближе к истине), чтобы потерять свою дочь: мать и отец были лишены родительских прав.

Воспитатели рассказали, что девочка очень дружелюбная и хорошо общается с другими детьми: если кто-то из малышей упадет, она сразу подойдет и пожалеет друга. Но часто Юля любит поиграть в одиночестве. В такие моменты ее лучше не отвлекать. А еще у нее проявлялась тяга к технике — девочке нравилось собирать конструкторы. И этому занятию девчушка могла посвятить много времени.

Говорила Юля тогда для своего возраста маловато, зато в отличие от своих сверстников сразу стала говорить целыми словами: «собака» вместо «гав-гав», машина, а не «би-би».

Все воспитатели единодушно отмечали музыкальность и артистизм белокурой принцессы. Несмотря на юный возраст, у нее проявлялись явные таланты в этой области. В танцах она была самая лучшая. Стоило ей только услышать музыку, как она начинала пританцовывать. А еще она часто напевала какие-то мелодии. В общем, все прочили ей большую сцену.

А такая она сейчас
А такая она сейчас

Фотография и рассказ о Юленьке, опубликованные в нашей рубрике «Тепло семейного очага», привлекли внимание многих семей, мечтающих взять под опеку ребенка. Но была среди них удивительная женщина, не иначе как фея, которая стала для девочки самым главным человеком в жизни — мамой. Это Ольга Владимировна Тренина. Спустя полтора года, как Юля официально обрела семью, мы побывали у них в гостях, проведали девочку.

…Юля выбежала навстречу почти сразу. Конечно, она выросла, стала старше. Но дело даже не в этом. Разве можно было сравнить ту маленькую застенчивую девчушку с этой смелой яркой девочкой? В белом бальном платье с длинными, заплетенными в хвостики волосами она действительно напоминала принцессу.

— Дочка обожает мультфильм «Бременские музыканты», особенно принцессу, вот и старается ей подражать: ее любимая прическа — два длинных хвоста, как у героини из мультфильма. Даже если я заплетаю ей косы, спустя время Юля расплетает их в хвосты. И такая же музыкальная. Наша любимая игра — когда дочь играет на детском пианино и мы поем песенку «Ах ты, бедная моя Трубодурочка!». А она отвечает: «Ничего я не хочу». В ней живет актриса. Она всегда должна быть в центре всеобщего внимания, — рассказывает мама Юли Ольга Владимировна.

Но и так видно, что не зря педагоги прочили Юле музыкальную стезю. Пока мы общались с мамой, она все время кружилась в танце и что-то напевала.

— Я с детства знала, что возьму сироту. Не знаю, откуда у меня возникали такие мысли, но еще в школьные годы я была уверена в этом. Молодость выпала на сложные, как сейчас принято говорить, 90-е годы, а тогда думать приходилось больше о хлебе насущном. Учитель русского языка и литературы никогда не жил богато, а в те годы и подавно, так что мысли об усыновлении пришлось отложить до лучших времен, — вспоминает Ольга Владимировна.

В 2000-е годы Ольга вновь вернулась к давним мыслям. Женщина растила сына, но личная жизнь была не устроена. «Ну зачем тебе такие проблемы? Лучше мужа найди», — советовали подруги. Однако Ольга никого не слушала. Обратилась в органы опеки. Но и там ее энтузиазм поумерили. «С такой зарплатой лучше думайте, как концы с концами свести», — прямо сказали ей.

Возможно, ничего бы не получилось. Помог случай. Дочь близких друзей Ольги временно оказалась без опеки — родители жили за границей, а старенькая бабушка не могла ухаживать за ребенком. Ольга стала активно собирать справки и документы на временную опеку. Этому специалисты опеки и попечительства не могли помешать.

Месяц, проведенный с дочерью друзей Настенькой, еще больше укрепил Ольгу в правильности своего решения, да и сын Саша постепенно свыкся с мыслью, что в семье появится сестренка. Не откладывая дело в долгий ящик, Ольга записалась на курсы в школу приемного родителя. Теперь в органах опеки ей пообещали подыскать девочку. Женщина ждала звонка, но время шло, а о ней, казалось, позабыли. Тогда Ольга стала более настойчиво обращаться в органы опеки, брала почти что измором. Казалось, что взрослые вовсе не заинтересованы, чтобы еще один забытый ребенок на этой планете обрел семью и был счастлив. Наконец Ольге дали направление в дом ребенка.

Женщине вывели трех девочек — Юлю, Соню и Алину. Они повели себя по-разному: Алина сразу куда-то убежала, Соня была замкнутой и немного дичилась. Одна Юля открылась навстречу Ольге, сразу начала что-то рассказывать. Говорила она плохо и непонятно, зато очень открыто и по-ребячьи непосредственно.

— Не зря говорят, что не мы выбираем ребенка, а он выбирает нас. Так и Юля сразу выбрала меня. Но у меня было эгоистичное желание, чтобы ребенок принадлежал только мне, я боялась, что биологические родители Юли начнут оспаривать свои права на нее и заберут ее у меня, а Соня была сирота, и я решила взять ее, — вспоминает Ольга Владимировна.

Некоторое время Ольга ходила в дом ребенка, чтобы общаться с Соней. И очень часто за руку девчушку приводила Юля. Сама Юля с такой грустью смотрела на женщину, что ее взгляд просто переворачивал душу. Ольга стала сомневаться в правильности принятого решения, и тут на глаза попалась наша газета с рубрикой «Тепло семейного очага», где мы знакомили потенциальных родителей именно с этой Юлей. Женщина поняла, что девочку могут забрать другие.

— Я написала отказ от Сони в пользу Юли. Я боялась, что меня осудят в органах опеки, дадут понять, что ребенок не игрушка, ведь я приходила к Соне… Но в доме ребенка педагоги отнеслись с пониманием, сказали, что это моя жизнь, и мне решать, какой она должна быть. Так я взяла Юлю. Я уверена, что это она сама меня выбрала.

Кстати, Соня тоже долго не задержалась в казенном учреждении — и для нее нашлась своя семья. Видимо, так было предрешено.

Конечно, сказать, что после того, как Юля появилась в семье, в доме наступила идиллия, было бы неправдой. С этого момента только начинается настоящее знакомство друг с другом, притирка, адаптация.

Первые месяцы Ольга Владимировна практически не спала, дочь просыпалась среди ночи и начинала кричать диким голосом. Кричала долго, по часу, и успокоить ее было невозможно. Как только Ольга подходила, чтобы обнять девочку, ее истерика еще больше усиливалась. Причину слез девочка не объясняла, она как будто впадала в какую-то прострацию, не понимала, что ей говорят. Казалось, ей нужно было выкричаться. Позже психолог подсказала, что лучше ее не трогать в такие моменты. Благо соседи с пониманием относились к ситуации. Постепенно Юля, просыпаясь, стала кричать все меньше и меньше, но и сейчас еще, спустя практически полтора года жизни в семье, такое иногда случается.

Каждый поход к врачу был настоящим испытанием. Перед входом в кабинет врача Юля вся изгибалась, упиралась, падала на пол, кричала, справиться с ней было просто невозможно. То же самое происходило и на улице. Девочка вдруг бросала мамину руку, останавливалась и начинала кричать.

— Я ее уговариваю идти дальше, а она еще больше кричит, я начинаю уходить вперед в надежде, что она пойдет следом, а она рыдает. Вокруг начинают собираться люди, жалеть бедную девочку, а она и рада стараться — плачет на разные голоса и переливы. Она просто наслаждается произведенным эффектом. В ней живет актриса, и актриса драматическая, — рассказывает мама.

В течение всего нашего разговора с Ольгой Юля не отходила ни на минуту, всячески привлекая к себе внимание: читала стихи, пела песни из мультфильмов. Ясно, что вторые роли не для нее.

— Наверное, сложно с таким гиперактивным ребенком? — спрашиваю я.

— Знаете, она компенсирует такие моменты, становясь доброй, ласковой, удивительно нежной девочкой. Юля — очень солнечный человечек, очень добрая, жалеет каждую улитку и бездомную собаку, — улыбается Ольга Владимировна. И словно в подтверждение этих слов, Юля тянется к маме и обнимает ее крепко-крепко.

Сын Саша, поначалу возмущавшийся тем, что по ночам ему не удавалось выспаться, вскоре привык к сестре, сегодня он заботится о Юле как самый настоящий старший брат — отводит в детский сад, играет с ней, присматривает.

— Без его помощи я бы не обошлась, — говорит Ольга.

Ольга Владимировна, как мы говорили, работает учителем — профессия хлопотная, требующая большой отдачи моральных и душевных сил. Но женщина справляется.

— Было столько препон и сложностей, когда я собирала документы, что порой опускались руки. Но тогда, казалось, какая-то сила толкает меня вперед, что-то заставляет идти в органы опеки, и я прямо бежала в детский дом, откуда-то появлялись силы. Тех, кто меня отговаривал, я просто не слышала, — вспоминает Ольга.

А сегодня те самые друзья и подруги, которые отговаривали Ольгу от «опрометчивого шага», сами души не чают в маленькой принцессе Юле.

— В моей жизни появилось больше радости. Жизнь словно наполнилась яркими красками. Кто-то скажет, что это взрослые спасают детей, забирая их из детского дома, но любая приемная мама возразит — это дети приносят в дом счастье, — говорит Ольга Владимировна.

Татьяна Филонова.

Фото автора.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook



Закон Республики Адыгея