Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Артура ЛаутеншлегераВ Адыгее проживают 83 бывших несовершеннолетних узника фашистских концлагерей. Среди них — Екатерина Шикунова. О всех ужасах пересыльного лагеря и о том, как удалось выжить вопреки всему, она рассказала «СА».

За колючей проволокой

Екатерина Шикунова в свои 80 лет не так много помнит из того, что пришлось пережить за колючей проволокой пересыльного лагеря. У нее сохранилось больше воспоминаний о том, как после освобождения ее семья вернулась в родной хутор Ново-Успенка Воронежской области.

Но постепенно, в ходе нашей беседы, у нее словно встают перед глазами события тех трагических месяцев в лагере…

В семье Сергиенко (девичья фамилия Екатерины Кондратьевны) было двое детей — Катя и ее младший брат. Родители трудились в колхозе. Когда началась война, девочке было всего три года. Отец, Кондрат Андреевич, ушел на фронт.

Но в 1942 году его комиссовали в связи с ранением и общим ухудшением здоровья — у него была еще и язва желудка. По воспоминаниям, его вскоре пришлось везти в районную больницу на операцию. Везли в кузове грузовика, по ухабистой дороге.

Дочь помнит, как провожали его в больницу и отец еле сдерживал стоны. Потом он долго восстанавливался и все хотел вернуться в боевой строй.

В июле 1942 года началась оккупация Воронежской области.

В Ново-Успенку вошли захватчики, начались грабежи и убийства жителей. Отца Екатерины тоже хотели поставить к стенке, но судьба хранила его для близких. Его болезненная худоба тоже сыграла свою роль.

Казалось, уже до самой смерти невозможно было избавиться от дрожи, которая сотрясала тела изможденных узников лагеря под открытым небом

Захватчики согнали всех жителей хутора в одну колонну и приказали идти. Уже по пути в лагерь тех, кто не мог подняться после краткого отдыха, добивали. Впереди женщин, детей и стариков ожидали худшие испытания.

Их разместили прямо в поле, огородив большое пространство колючей проволокой. Не было возможности укрыться от дождя и палящего летнего солнца. Пересыльный лагерь располагался в Курской области. Отсюда молодых парней и девушек увозили в Германию.

Выжить вопреки всему

Оставшихся ждала смерть. Рядом с Катей умерла ее двоюродная сестричка, дочь ее тети. Голод был невыносимым, люди ели траву, помимо сырой картошки и свеклы — так враги кормили согнанных, словно скот, людей.

Местные жители тайком старались бросить за «колючку» капусту, кусочки хлеба, что-то еще.

— Я помню, что не все немцы были жестокими. Кто-то так же украдкой что-то давал нам, ребятишкам. Помню, как меня увозил к себе немецкий солдат на мотоцикле. Думаю, что возил к кухне, где мог меня спокойно покормить, — говорит Екатерина Кондратьевна.

С наступлением осенних холодов узники лагеря умирали от воспаления легких, истощенные и голодные. Холодный дождь хлестал по щекам, проникал сквозь одежду. Казалось, уже до самой смерти невозможно было избавиться от дрожи, которая сотрясала тела изможденных узников лагеря под открытым небом.

В руководстве немецкой комендатуры приняли решение — расселить лагерных доходяг среди местного населения.

— Мы жили в летней кухне с печкой, две семьи с детьми в шести метрах комнатки. До печки был один шаг с лежанки. В этой комнатке случилась со мной беда — случайно, из-за неосторожного движения, на меня опрокинулась кастрюля с кипятком. Обошлось небольшими ожогами, но ужас и боль с того дня запомнились на всю жизнь, — вспоминает моя собеседница.

Питание по-прежнему было скудным. Варили в общей посуде «мамалыгу» из шелухи подсолнечника, без соли. И снова Кате, милой девчушке с огромными голубыми глазами, повезло выжить. Ее часто забирали к себе две девушки из местных. Дома они кормили ее чем-то гораздо более съедобным, чем вареная шелуха семечек. Кусочки съестного девочка прятала за пазухой, чтобы затем принести и отдать маленькому брату.

Как только началось освобождение области частями Красной армии, бывшие узники — жители хутора Ново-Успенка — устремились назад, на малую родину.

Добирались в телячьих вагонах, в январскую стужу.

Из общего котла

Когда прибыли в хутор, то увидели: из 100 довоенных домов уцелели лишь четыре. Остальные были сожжены. Дом семьи Сергиенко был среди оставшихся, но разграбленных. Саманный, под камышовой крышей, с глиняным полом, но дом был! В нем поселились несколько семей, вплоть до дальних родственников. Спали вповалку на полу.

От голода спасло то, что перед бегством фашисты бросили в их дворе несколько мороженых туш лошадей, да еще кухонные котлы. Вернувшиеся хуторяне рубили мороженые туши, варили в котлах еду. Так снова боролись за жизнь. И выжили. Еще пришлось восстанавливать документы, свидетельства о рождении детей, потому что они пропали во время оккупации.

Оккупация Воронежской области началась 1 июля 1942 года, а ее освобождение завершилось 2 февраля 1943-го, семь месяцев спустя.

Отец Екатерины снова ушел на фронт, демобилизовался из армии через год после Победы, в 1946 году. Был награжден медалями «За отвагу», «За взятие Будапешта».

Мама Екатерины, Фекла Федоровна, работала в колхозе, поднимала детей, ждала главу семьи. После его возвращения вновь тяжким трудом зарабатывали трудодни. 200 граммов ржаных зерен полагалось труженику на один трудодень. Эти порции мололи в семье вручную, пекли лепешки. Налоги для сельских жителей были на все — на молоко, яйца, шерсть, даже на плодовые деревья.

А в Майкопе лучше

В какой-то момент родители Екатерины и ее брата Николая решились на перемену участи. В 1953 году они продали хату, корову и поехали жить на юг, в станицу Бжедуховскую. Здесь Екатерина окончила школу, вышла замуж, родила двух сыновей. Она окончила бухгалтерские курсы в Майкопе.

Работала некоторое время по специальности в Оренбургской области, в городе Бузулук.

— Я поняла, что лучше Майкопа места нет. И с 1974 года живу в этом замечательном городе, — отмечает Екатерина Шикунова.

В Майкопе она трудилась в СМУ, затем восемь лет — в Майкопском троллейбусном управлении.

С теплотой вспоминает годы работы в управлении ЖКХ облисполкома, под руководством Нурбия Гучетля. 14 лет, вплоть до своего 60-летия, Екатерина Шикунова была в штате контрольно-ревизионного управления.

У Екатерины Кондратьевны три внучки, три правнука. Старшему правнуку уже 11-й год.

Они живут далеко от бабушки, в Татарстане и на Сахалине, но бывают у нее в гостях. Близ Майкопа, в Родниковском, проживает ее родня со стороны покойного ныне брата Николая.

Во время разговора наша собеседница рассказала о своих маленьких дачных радостях: о том, что цветут персик и груша, весенние цветы, которые она так любит. Что наступили теплые дни, не омраченные бедами далекого прошлого. И пожелала всем читателям «СА» мирного неба над головой.

Справка

Международный день освобождения узников фашистских концлагерей установлен в память об интернациональном восстании узников концлагеря Бухенвальд, произошедшем 11 апреля 1945 года. Концентрационные лагеря — места пребывания больших масс людей, заключенных под стражу по политическим, социальным, расовым, религиозным и иным признакам. Широкое распространение концлагеря получили в фашистской Германии. В них содержались, как правило, антифашисты, прежде всего коммунисты, социал-демократы, профсоюзные деятели, а также лица, преследовавшиеся по другим мотивам. Первый концлагерь в Германии был создан близ Дахау в марте 1933 года. К началу Второй мировой войны в тюрьмах и концлагерях Германии находилось 300 тысяч немецких, австрийских и чешских антифашистов. В последующие годы гитлеровская Германия на территории оккупированных ею европейских стран создала гигантскую сеть концентрационных лагерей, превращенных в места организованного систематического убийства миллионов людей. В число всемирно известных нацистских концлагерей, в которых содержались и гибли десятки и сотни тысяч узников, вошли: Освенцим — 4 миллиона узников, Майданек — 1,38 миллиона, Маутхаузен — 122 тысячи, Заксенхаузен — 100 тысяч, Равенсбрюк — 92,7 тысячи, Треблинка — 80 тысяч, Штуттгоф — 80 тысяч. Количество детей до 14 лет в этих лагерях составляло 12-15%. Десятки тысяч жертв насчитывали концентрационные лагеря на территории СССР — Саласпилс, Алитус, 9-й форт Каунаса, Озаричи. На территории России фашистские оккупанты расстреляли, задушили в газовых камерах, сожгли, повесили 1,7 млн. человек (в том числе 600 тысяч детей). Всего же в концлагерях погибли около 5 млн. советских граждан. В годы войны на территории Третьего рейха содержалось в лагерях и тюрьмах 18 млн. человек, каждый пятый из них — ребенок. Более 11 млн. были убиты или замучены до смерти. Сегодня в Адыгее проживают 83 бывших несовершеннолетних узника фашистских концлагерей.

Добавить комментарий




Мы в Facebook






Закон Республики Адыгея