Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Артур Лаутеншлегер/САЕго в шутку называют мерседесом среди седел — за комфортную посадку, красоту и функционал. Как в древности, так и сейчас всадник в таком седле мог без усталости проехать десятки километров верхом. О том, как мастер по изготовлению музыкальных инструментов начал делать седла, почему отличить плохое седло от хорошего может только сама лошадь и чем технология изготовления отличается от той, что адыги использовали сотни лет назад, «СА» рассказал мастер по изготовлению седел, учредитель Ассоциации мастеров народных художественных промыслов Адыгеи Айдамир Потоков.

Седло с историей

В мастерской Айдамира Потокова творческий беспорядок: эскизы для изготовления шичепшинов на стенах, бруски для будущих седел и запах дерева. На полке в углу — небольшая коллекция старинных арчаков (деревянная основа седла). Все они разные по форме, из разных пород дерева, а одно даже с костяными накладками. Самому ценному «экспонату» более 150 лет.

— Эти три седла похожи внешне, но на самом деле они совершенно разные. Первое — короткое, массивное, с высокими луками — таких много встречалось в Турции. Второе, скорее всего, когда-то было изготовлено мастером из Шовгеновского района. Третье — ходзенское, по крайней мере именно такие седла встречались в тех краях. Вот это — с оленьими рогами: их распиливали на пластины, клали в горячую воду, чтобы можно было гнуть, и вклеивали — это помогало краям не стираться в долгих походах. Одно из седел мне друг подарил — на чердаке у него валялось. Многие просто не понимают ценности таких вещей. А для меня это не просто история, это еще и основа, по которой я изготавливаю седла, — рассказывает Айдамир Потоков.

Фото Артур Лаутеншлегер/СА

Особенности мастерства

Увлечение, а теперь уже профессия, началось с банального интереса. Айдамир был в гостях у известного мастера Замудина Гучева, увидел, как он делает музыкальные инструменты, и решил проверить свои силы. Начал с шичепшина. Получилось. А почему бы не попробовать сделать седло, подумал Айдамир и начал искать наставников, которые посвятили бы его в нюансы. Таким наставником стал для него известный в Кабардино-Балкарии ремесленник Вячеслав Мастафов.

 — Этот человек может воспроизвести буквально все, что касается исторических вещей адыгов. Приехал в Нальчик, спрашиваю у него: «Что нужно, чтобы седло черкесское сделать?» — «Брать и делать!» — ответил он. Так, вместе с братом, мы начали учиться у него шорному делу. Пробыли в его мастерской почти месяц. За это время я сделал свой первый арчак, брат сшил подушку для седла, — вспоминает Айдамир Потоков.

В идеале под каждую лошадь седло изготавливается индивидуально. Вопреки мнению о том, что эта вещь делается для всадника, черкесское седло изготавливается именно для удобства лошади. Если седло сделано некачественно, не прилегает плотно к спине — под весом тела всадника оно начинает двигаться, «бить» животное. Поэтому качество седла измеряется уровнем комфорта не для человека, а для коня.

Черкесские седла очень ценились. В военных походах они были самым ценным трофеем

Впрочем, настоящее черкесское седло удобно для обоих. Посадка в нем кардинально отличается от любого другого. Оно высокое, стремена опущены, в нем всадник практически стоит, а ноги немного уходят назад. Подушка устроена так, что есть поддержка и сзади и спереди, что дает своеобразный «буфер» при движении на большой скорости: всадник может держаться в седле ногами — даже без стремян. Все это позволяло без каких-либо неудобств или болевых ощущений проехать десятки, а то и сотни километров практически без отдыха.

 — Особенность черкесского седла еще и в том, что в его подушку можно было запросто вместить три ведра овса, например. Да что угодно можно туда положить! И никто никогда не видел черкесского всадника с «баулами». Черкесские седла очень ценились. В военных походах они были самым ценным трофеем, — говорит мастер.

По древней технологии

С тех самых древних времен технология изготовления седла ничуть не изменилась. Разве что трудоемкие и длительные когда-то процессы сейчас с помощью станков можно ускорить. К примеру, чтобы выточить и отшлифовать округлый низ основания, раньше нужно было потратить день, а то и два. Сейчас с помощью токарного станка эта работа занимает не больше часа. В остальном от начала до конца это исключительно ручная работа. В среднем она занимает месяц-два — столько времени нужно мастеру, чтобы изготовить седло в полном комплекте.

Одно из седел мне друг подарил — на чердаке у него валялось. Многие не понимают ценности таких вещей. А для меня это не просто история

Начинается оно с простого деревянного бруска, который обрабатывается в 9 плоскостях. И сотни лет назад, и сейчас седла делали из таких пород дерева, как орех, груша, липа, ива. Главное — понимать структуру дерева, чтобы правильно его «разломить». После обработки арчак обклеивается кожей. Из нее же делается подушка. Сейчас в основном используется коровья кожа, которую прошивают «козевкой» — специальной ниткой, добываемой из козьих шкур.

— Козевку можно было делать в любых условиях — буквально на коленях. Берут сырую козью шкуру, режут ее на ленты в несколько сантиметров и начинают вытягивать, чтобы получился один слой, как пленка. Чтобы шить ею подушку, даже иголка не нужна: она получается жесткая, как проволока. Когда мастер начинает работать, он размачивает ее, оставляя сухим кончик. Вот им и можно шить. Она очень хорошо взаимодействует с кожей, из которой, собственно, изготавливают подушку, — получается идеально крепкий шов, который не разойдется ни под тяжестью веса, ни от влаги, — посвящает в нюансы изготовления седла Айдамир Потоков.

Фото Артур Лаутеншлегер/СА

Особенность черкесского седла еще и в том, что все детали на нем исключительно функциональны. Пряжки, например, делаются так, что «язычок» для них просто не нужен, а значит, плотно закрепить седло можно за несколько секунд буквально на ходу. При этом все эти детали еще и выглядят эстетично.

 — Насколько англичане, например, продвинутые, но те же пряжки у них такие сложные! Чтобы их закрепить, всаднику нужно кучу времени потратить. В черкесском седле все просто и функционально. Для меня, кстати, это принципиальный вопрос. А еще стараюсь не отходить от традиций. Потому что все это проверено веками, и просто нет смысла пытаться что-то свое туда привнести. Это касается многих предметов быта — они уже совершенны, — говорит мастер.

Родом из детства

Уже после интервью Айдамир невзначай вспомнил о своем детстве. Говорит, как только научился держать в руках карандаш, начал рисовать лошадей. Родители, уезжая на Север, спрашивали, что привезти. Попросил коня. Ждал. Но вместо коня «приехал» фотоаппарат. Вспоминает, как в ауле, когда пастухи на лошадях гнали стадо на пастбище, бежал за ними и просил прокатиться. А потом, несмотря на летний зной, шел через поля за теми же пастухами, с той же просьбой. Конь из детской мечты, кстати, появился всего несколько лет назад — Казбек, кабардинской породы.

 — Так вот откуда у вас это увлечение седлами!

 — Может быть! Все мы родом из детства. Кстати, смотрю на своего старшего сына и вижу, что он тоже что-то изготавливать будет — все время что-то мастерит, — отвечает Айдамир.

А значит, древнее ремесло, которое кое-кто уже относит к исчезающим, не будет забыто. Тем более сейчас, как говорит мастер, «входят в моду» конные походы. Как и в целом возвращение к истокам.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook




Закон Республики Адыгея