Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Артур Лаутеншлегер/Валентина Дмитриевна Синюгина с дочерью Татьяной.Как в один день мир разделился на до и после, о женщине на войне и о жизни в мирное время «СА» рассказала участница Великой Отечественной войны Валентина Дмитриевна Синюгина, которая недавно отметила 95-летие.

Дворянские корни

— Независимо от даты рождения в паспорте мы все родились в сорок первом, — вздыхает Валентина Дмитриевна, прошедшая дорогами войны от Тулы до Эльбы. Несмотря на возраст, у нее в осанке, в повороте головы какая-то завораживающая стать…

— А как вы хотели, я же из дворянского рода Линдфорс,— улыбается она. — Мой прапрадед Федор Андреевич — русский генерал, участник войны с Наполеоном — прошел нелегкий путь от рядового лейб-гвардейского Семеновского полка до генерала. В одном из кровопролитных боев под Лейпцигом был тяжело ранен и скончался от ран. Такой был удивительный человек! Разве мы, его потомки, могли поступить иначе, когда грянула война, и не встать на защиту Отечества? Кстати, портрет моего прапрадеда в числе других портретов героев хранится в галерее Зимнего дворца Эрмитажа в Санкт-Петербурге. Мой прадед, Иван Федорович Линдфорс, тоже личность известная, Георгиевский кавалер.

Это что касается отцовской линии Валентины Дмитриевны, а мама, Анастасия Яковлевна Маркова, также из старинного дворянского рода.

Дворянские корни для родителей уже в советское время явились поводом для репрессии. В 1931 году их семью выслали в Магнитогорск.

— Мне было шесть лет, но я отчетливо помню те события, — вспоминает Валентина Дмитриевна. — Жили в бараке, без каких-либо перегородок. Просто были нары в несколько этажей и все. Родители работали на строительстве Магнитогорского комбината. Работы были тяжелые — с раннего утра и до ночи. Но спустя годы, когда анализирую тот период жизни, понимаю, что нельзя не сказать судьбе «спасибо» за эту ссылку. Худо-бедно, но всех ссыльных кормили, пусть похлебка и кусок хлеба, но и они спасли нас от голодомора, что в тридцатые годы унес жизни миллионов людей.

Мы, девчонки, были вчерашними школьницами, студентками, но этот день — 22 июня — мир для нас разделил на прошлое с последним школьным звонком, новым платьем к выпускному, каникулами, недочитанной книгой, первым букетиком полевых цветов от соседского мальчишки, мечтами о будущем… и войну 

В архиве у Валентины Дмитриевны хранится уже пожелтевшая фотография того самого барака, в котором они жили в Магнитогорске. Ее отец, работавший на комбинате слесарем, за ударный труд был награжден орденом Ленина!

Когда началась война

Еще школьницей Валентина уехала из Магнитогорска к своей старшей сестре в Рязанскую область. Им, выпускникам, 21 июня 1941 года вручили аттестаты об окончании школы, а на следующий день началась война.

— Хорошо запомнила этот день… Село Горловка, Рязанская область. Небо было черным от туч, вдруг разыгралась непогода, — вспоминает Валентина Дмитриевна. — Весть о начале войны тут же облетела все село, лица взрослых посуровели, был слышен женский плач… Вся молодежь вскоре была направлена под Тулу на оборонительные работы: копали траншеи, противотанковые рвы. Помню и норму — пять погонных метров траншеи в день… Это было тяжело даже для ребят, что уж говорить о нас, девчонках! От усталости падали тут же, на кучу земли, чтобы хоть минутку подремать и отдохнуть.

У меня был красивый почерк, что стало поводом для назначения меня в штаб 13-й противотанковой артбригады делопроизводителем. Подписывать наградные листы было приятно, а вот заполнять извещения о гибели бойцов — морально тяжело. Помню пишу: «Ваш сын... пал смертью храбрых», а у самой — слезы на глазах

Весной 1942 года она записалась добровольцем в 9-е управление военно-полевого строительства. Те же окопы, траншеи рыли уже вблизи линии фронта. Были случаи, когда вражеские снаряды долетали до них, гибли люди. Так случилось и с ее подругой — ей снарядом оторвало ноги…

— Не раз мне было страшно и невыносимо больно, были и моменты отчаяния, когда казалось, что весь этот ужас уже никогда не кончится, — от нахлынувших горьких воспоминаний ветеран закрывает лицо руками. — Но мы отчетливо понимали: чтобы победить врага всем миром, надо было стремиться победить каждому в отдельности! 

Очень точно об этом сказано в стихах Юлии Друниной:

Я пришла из школы

в блиндажи сырые,

От Прекрасной Дамы

в «мать» и «перемать»,

Потому что имя ближе,

чем «Россия»,

Не могла сыскать.

И все эти девчонки были комсомолками, патриотками до мозга костей и даже не представляли себе, что можно было поступить по-другому, не встать на защиту Родины от фашистов.

По признанию Валентины Дмитриевны, труднее всего было выдержать первые дни, недели, месяцы на фронте, когда чувства и ощущения у девчонок-бойцов оставались прежними, из мирной жизни, а реальность шла в другом измерении — человеческие страдания и смерть, поле боя, усыпанное трупами, месиво из человеческих тел… И все это выдержать надо было и ей, тургеневской барышне, в школе зачитывавшейся лирическими романами. На войне им, девчонкам, пришлось стать совсем иными — с другими эмоциями, другим слухом, зрением, нервами.

— Если посмотреть на войну женскими глазами, она страшнее страшного, — вздыхает Валентина Дмитриевна. — Женская память охватывает тот материк человеческих чувств, которые обычно ускользают от мужского внимания. Вдобавок к психологическим перегрузкам мы испытывали еще и физические — женщины куда труднее переносят «мужской» быт войны. У меня был красивый почерк, что стало поводом для назначения меня в штаб 13-й противотанковой артбригады делопроизводителем. Подписывать наградные листы было приятно, а вот заполнять извещения о гибели бойцов — морально тяжело. Помню пишу: «Ваш сын... пал смертью храбрых», а у самой — слезы на глазах. Явственно представляла, что где-нибудь на Вологодчине или в Подмосковье будут рыдать его мать, жена, сестра, получив похоронку.

Роспись на стене Рейхстага

День Победы Валентина Дмитриевна встретила в Берлине. Вместе со всеми расписалась на стене Рейхстага.

— У меня сохранилась фотография, сделанная в мае 1945 года. На ней — здание Рейхстага и то место, под балконом, где мы оставили свои росписи, — Валентина Дмитриевна показывает старое фото. — Все расписывались, и я — нашла кусок гипса и тоже написала свое имя. Мы с фронтовыми подругами даже зашли внутрь, там было все разрушено, валялись какие-то документы на немецком языке. Один такой документ и крошечный кусочек бетона из развалин Рейхстага я взяла на память и храню это по сей день.

Фото Кусочек бетона с развалин Рейхстага и фото, сделанное в Берлине в мае 1945 года, бережно хранятся в семье Синюгиных.Семейный архив Синюгиных — собрание редчайших документов, наград, артефактов. Здесь и красноармейская книжка Валентины Дмитриевны, в которой — последняя запись-приказ об увольнении из войсковой части (сделана 26.06.1945 года), и старые снимки Магнитогорска, и фотографии военных лет.

— Это что! Я бережно храню тарелки, что подарили мои подруги на свадьбе! — улыбается она. — У меня рука не поднимается что-то выбросить, ведь каждая из этих вещей — это память о том или ином событии, человеке.

Судьбоносная встреча

Супруг Валентины Дмитриевны Петр Васильевич Синюгин ушел из жизни в 2015 году. Он почетный гражданин города Майкопа, ветеран Великой Отечественной войны. Вместе они прожили в любви и глубоком уважении друг к другу 64 года. Встречу с супругом Валентина Дмитриевна считает судьбоносной. Окончив после войны Одесский институт метеорологии, она собиралась уезжать на практику в Балтийск, но ее задержали какие-то дела. И в это же время друзья познакомили ее с молодым офицером, фронтовиком, выпускником артиллерийского военного училища Петром Синюгиным.

Он так скромно себя вел, был немногословен, обходителен, что сразу же понравился ей. Уже через месяц они сыграли свадьбу, на которой им и были подарены те самые так бережно хранимые ею тарелки…

— О всех трудностях быта жизни офицерских жен в то время можно написать роман, — уверена ветеран. — На новом месте службы супруга, в Молдавии, пришлось жить в землянке! Что ж, нам, фронтовикам, было не привыкать. Несмотря на все бытовые трудности, как же все мы, семьи офицеров, дружно жили! Помню, на зиму все вместе солили одну, огромных размеров, бочку капусты! Все мы — молодые пары, вскоре в семьях родились дети. Чудом раздобыли одно-единственное корыто — в нем и малышей купали, и пеленки стирали по очереди.

В Майкоп Синюгины переехали в 1960 году. Вырастили дочь Татьяну. Она с семьей живет в Псковской области. Валентину Дмитриевну много раз звала переехать к ним. Но ветеран не соглашается.

— Здесь, в Майкопе, прошла практически вся моя жизнь, куда же я уеду из родных мест! Здесь все мне близко и знакомо, здесь — моя Родина, куда я без нее…

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook




Закон Республики Адыгея