Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Артур Лаутеншлегер / САОни столь тонкие, что в свернутом виде умещаются на ладони. При этом прочность их настолько высока, что ни стрелой, ни саблей они не пробивались. В поисках сохранившихся кольчуг мы обратились в Национальный музей республики. С разрешения руководства заглянули в фонды музея и наткнулись на загадку, которую попытались раскрыть.

В фондах музея хранится 12 старинных адыгских кольчуг. На первый (непрофессиональный) взгляд внешне они похожи друг на друга и отличаются разве что степенью сохранности. Чтобы узнать подробности, мы обратились к реестру музея. В стареньком журнале, фиксирующем поступления экспонатов в фонды музея, сделаны отметки о каждой кольчуге. Одна из записей гласит, что на застежке кольчуги «имеется клеймо «Дижон» (Франция), откуда занесена крестоносцами на Кавказ».

Неожиданно, не правда ли? Что забыли крестоносцы на Кавказе и в какой семье хранился сей раритет? Сразу ответить трудно. В записях указано, что кольчуга получена от адыгейской совпартшколы. Неизвестно, какому роду она принадлежала прежде. Запись о приеме кольчуги сделана в далеком 1927 году. Понятно, что сотрудников музея тех лет мы уже не расспросим. И все же попробуем разобраться.

Действительно ли кольчуга французская? Дижон — старинный французский город, который с древних времен имел важное военно-стратегическое значение. Во время многочисленных войн мастерские Дижона поставляли военное снаряжение, оружие и доспехи для целых армий.

Могла ли наша кольчуга быть изготовлена какой-нибудь французской артелью?

— Кольчуги получили широкое распространение как в Европе, так и в Азии благодаря простой технологии изготовления. Чтобы изготовить кольчугу, требовалось только несколько килограммов железа, устройство для вытяжки проволоки и терпение для однообразной работы по изготовлению колец и плетению из них самой кольчуги. На изготовление одной кольчужной рубахи уходило несколько сот часов. Зато такой доспех мог служить практически вечно — поврежденное место достаточно было залатать пригоршней новых колец, — рассказывает сотрудник Национального музея Зарема Дзыбова.

Техника изготовления кольчуг повсеместно была почти одна и та же, поэтому определить их происхождение иногда довольно трудно. Помочь могут только некоторые детали — застежки, форма воротника и т.д. Для начала мы попросили сотрудников музея поднять для нас из фондов старинную кольчугу. Увы, к нашему разочарованию, застежка с клеймом на ней отсутствовала. За давностью лет сложно сказать, куда она пропала. По словам нынешних сотрудников, скорее всего, клеймо было очень маленьким и могло оторваться. Однако в описании кольчуги оно осталось. Возможно, на маленькой застежке было название города — Дижон, иначе как бы сотрудники музея 92 года назад узнали, что кольчуга оттуда.

Кольчуги черкесов были гораздо легче, чем европейские. Адыгские князья в XVII веке дарили их русским царям. Многие до сих пор хранятся в Оружейной палате в Москве

Откуда кольца растут

Начнем с изучения того, что имеем в наличии. Собственно, вся кольчуга в хорошем состоянии. Она представляет собой стальную рубашку с короткими выше локтей рукавами из продетых друг в друга колец. Панцирь состоит приблизительно из 25 тысяч колец, вес от 4 до 5 кг.

— Здесь применена техника крепления колец «на шип». Она заключается в том, что в одно из отверстий укрепляют конической формы шип, на его острие накладывают отверстие второго конца проволочки и расплющивают шип. При этой технике головка образуется лишь на одной стороне кольца, другая остается гладкой, благодаря этому панцири меньше рвут надеваемую под них одежду, — рассказал старший научный сотрудник Национального музея Аслан Тов.

Технология изготовления черкесской кольчуги точно описана автором книги «Оружие народов Кавказа», ведущим научным сотрудником Государственного исторического музея, хранителем фонда восточного оружия, кандидатом исторических наук Эммой Аствацатурян: «Кольца всех черкесских панцирей клепаны «на шип» в горячем состоянии, так как в месте склепки видна сварка металла, вследствие чего кольца совершенно невозможно разъединить».

Фото Артур Лаутеншлегер / СА

За комментарием по истории защитного вооружения у адыгов мы обратились также к доктору исторических наук, главному научному сотруднику отдела этнологии и народного искусства АРИГИ им.Т.М.Керашева Самиру Хотко.

— Глядя на эту кольчугу, можно сказать, что это типичная черкесская кольчуга XIX века. В Европе, как отмечают Кирилл Ривкин и Оливер Пинчо — авторы книги «Оружие и военная история Кавказа», «обычно не производилась качественная горячая сварка, а кольца держались только за счет загнутого шипа». Это крепление легче разрывалось. «Сваренные черкесские кольца отличаются чрезвычайной прочностью, разрыв редко происходит по линии сварки», — цитирует Самир Хотко.

Так, значит, родина этой кольчуги не Дижон, а Черкесия? Версию о том, что кольчуга завезена крестоносцами на Кавказ, историк отмел практически сразу, обосновав это фактами:

— Крестоносцы по пути к святым землям не проходили через Кавказ. Это был бы огромный крюк. Они шли по Средиземному морю, потом по суше и возвращались таким же путем. В литературе существует миф, что крестоносцы поселились на Кавказе, но эти сведения ни на чем не основаны. В конце XIII века египетский мамлюкский султан Калаун захватил город Акру. Это стало важным событием в истории Крестовых походов, поскольку оно ознаменовало захват последнего из оставшихся основных владений крестоносцев. А потом Крестовые походы были связаны с Османской империей и шли через Центральную Европу.

По словам историка, в XVIII–XIX веках ученые были склонны проводить параллели кавказской истории с историей Европы. В частности, сравнивали северокавказские родовые знаки (тамги) с европейскими геральдическими символами. Но эти сравнения, по мнению историка, безосновательны.

Гейслер. Знатные черкесы с предгорий Кавказа

История и слава

Кольчуга — древний вид вооружения. Ее история насчитывает более 2 тысяч лет. Носили ее и местные племена меотов, которых считают предками черкесов. Несмотря на то, что меоты были земледельцами, они имели и воинскую прослойку, мощную и превосходно вооруженную, не уступающую элите сарматского войска. На территории расселения меотских племен в свое время было найдено много шлемов, кольчуг, элементов наступательного и оборонительного вооружения. Такие находки, кстати, сделал в могильнике хутора Городского при раскопках археолог Аслан Тов.

У черкесов кольчуга была обязательной частью защитного вооружения знати. Итальянский путешественник XV века Джорджио Интериано писал про черкесов: «Они спят с так называемым ими панцирем, то есть кольчужной рубахой под головой, вместо подушки, и с оружием наготове и, пробудившись внезапно, тотчас надевают на себя этот панцирь и оказываются сразу же вооруженными». Кроме того, Интериано отмечал, что черкесы вооружены лучше и обладают лучшими лошадьми, чем «скифы» (татары).

— Черкесские мастера оружия прославились в производстве кольчуг. Иранцы, при всей изощренности в изготовлении доспехов, ценили черкесские кольчуги. И в коллекции персидского шаха были черкесские доспехи. Изделия черкесов были легче, чем европейские, весили всего 4–5 кг. Те кольчужные панцири, которые адыгские князья в XVII веке дарили русским царям — Михаилу Федоровичу, Алексею Михайловичу Романовым, хранятся в Оружейной палате в Москве. В 1661 году царь Алексей Михайлович приглашал на работу лучших мастеров «пансырного и булатного сабельного дела сварщиков» из Кабарды. Предполагалось, что они должны были передать свои знания и опыт литовским, белорусским и иным иноземным оружейникам, состоящим на царской службе, — рассказывает Самир Хотко.

Когда при Николае I было создано подразделение гвардии из черкесских дворян (в которой, кстати, служил автор «Записок о Черкесии» Султан Хан-Гирей), офицеры носили кольчуги, изготовленные русскими мастерами по черкесским образцам. Это был квазисредневековый наряд, очень живописный — красный кафтанчик с газырями и эполетами, гармонировавший с кольчугой.

На Кавказе кольчуги продолжали цениться даже при широком распространении огнестрельного оружия. Немецкий востоковед, путешественник Юлиус Генрих Клапрот в начале XIX века описал способ проверки кольчуги на прочность: кольчугу клали на теленка и стреляли в него из пистолета. Хорошая кольчуга не пропускала пулю, а теленок лишь слегка пошатывался.

Черкесы спят с так называемым ими панцирем, то есть кольчужной рубахой под головой, вместо подушки, и с оружием наготове и, пробудившись внезапно, тотчас надевают на себя этот панцирь и оказываются сразу же вооруженными

— Адыги использовали кольчугу вплоть до Кавказской войны. В 1837 году участник экспедиции генерал-лейтенанта А.А.Вельяминова поручик Симановский в своем дневнике писал, что черкесские всадники, облаченные в кольчуги, демонстративно спокойно держались под ружейным огнем, — рассказывает Самир Хотко.

Как отмечает историк, к середине XIX века, к 1858–1860 гг., когда войска получили современные винтовки (штуцеры) с пулями системы Минье, кольчуги полностью потеряли свое значение защитного вооружения, но в них могли облачаться по торжественным поводам. Наш экспонат мог защитить от выстрела из гладкоствольного ружья или пистолета, но от винтовочного выстрела, конечно, уже не спас бы.

Итак, очевидно, что наша кольчуга черкесская. Но откуда же взялось упоминание конкретного города — Дижон? Обратимся к адыгскому языку. В западноадыгских диалектах «тыжьын» означает серебро, в кабардинском — «дыжьын». Возможно, именно это слово в русской транскрипции записали как Дижон. Скорее можно говорить о том, что застежка с клеймом была посеребренная. В книге Эммы Аствацатурян приводится опись черкесского панциря (кольчуги) 1687 года — на груди располагались «две больших и две малых мишени (пластинки) с подрезкою, на спине две таких же мишени… медных посеребрянных». Возможно, разгадка нашей кольчуги именно в этом.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook



Закон Республики Адыгея