Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Артур Лаутеншлегер / САРитон Пегас и прежде возбуждал интерес и многочисленные споры. Кто тот талантливый мастер, сумевший изготовить крылатого коня столь тончайшей работы, словно он парит в воздухе? На местной ли территории был изготовлен сосуд или завезен сюда откуда-то из Греции? Был ли он жертвенным или из него можно было пить? Сегодня интерес к «крылатому» ритону вспыхнул с новой силой. Единственная на Кавказе женщина-оружейница, всемирно известный ювелир Ася Еутых вдохнула жизнь если не в близнеца прекрасного Пегаса, то уж точно в его собрата.

Уляпский ритон был обнаружен в Адыгее знаменитым археологом Александром Лесковым во время Кавказской археологической экспедиции Государственного музея искусства народов Востока, которая проходила в 80-е годы. Тогда была раскопана курганная группа, которая подарила миру артефакты меотского периода, датируемые VI–IV веками до н.э. Среди них — и знаменитый ритон Пегас, который сразу же был признан археологическим шедевром мирового значения.

Ритон представляет собой сосуд на тонкой ножке, на изгибе которого размещена передняя часть мифического крылатого коня Пегаса. Сосуд отделан позолоченной пластиной с выгравированными цветами и этническими узорами, а также сценами греческой гигантомахии. Сейчас артефакт хранится в Государственном музее искусства народов Востока в Москве. В Северокавказском филиале музея в Адыгее хранится точная копия ритона, изготовленная в Германии.

Среди изделий всемирно известного златокузнеца Аси Еутых ритоны — не новшество. Но реплика уляпского ритона VI века до нашей эры — событие действительно неординарное.

Сделать повтор Пегаса ювелир решила впервые. Хотя этот шедевр вдохновил ее на творчество более тридцати лет назад. Будучи студенткой худграфа Кубанского университета искусств, она случайно попала на выставку в Краснодарский краевой художественный музей им.Ф.А.Коваленко, где в 1986 году впервые выставляли уляпский ритон.

— Как это бывает, студентка в двадцать с небольшим лет мнит себя художником. Я хорошо рисовала и пошла учиться на худграф. Моего дедушки-оружейника уже не было в живых. Я и не думала, что мое предназначение — выполнять какую-то традиционную семейную миссию, связанную с преемственностью древних технологий. И вдруг такое потрясение — ритон Пегас, — рассказывает Ася Еутых.

Златокузнец признается: работа над ритоном ей доставляла истинное наслаждение, но трудности возникли не только с инженерным решением устойчивости конструкции

Конечно, захотелось создать нечто похожее. Но, как любой художник, Ася должна была реализовывать свой потенциал: не копировать, а по-своему отражать мир. За свою многолетнюю ювелирную деятельность Ася Еутых создала разные ритоны, в которых протомы (передняя часть) изображали разных животных и мифологических существ.

Но на создание копии, или, по-научному, реплики, уляпского ритона Ася Еутых решилась только сейчас. Поспособствовал случай. Ювелир услышала очередную версию о том, что этот шедевр был сделан только как ритуальный, и в него невозможно налить жидкость, иначе он просто упадет.

— Как это так?! Столько труда мастер вложил в этот сосуд, но налить в него ничего нельзя?! Мы с мужем решили провести этот эксперимент, воссоздать ритон, чтобы его можно было наполнить водой до края и при этом он бы удерживался на своей ножке-подставке, — рассказывает Ася Еутых.

Фото Артур Лаутеншлегер/СА

Однако сделать ритон устойчивым оказалось сложной задачей. Другие известные археологические сосуды, да и те, которые ранее изготовляла ювелир, прочно стоят на твердой поверхности, потому как не имеют тонкой ножки-подставки, а опираются на плоскость частью протомы — копытами коня, когтями мифологических животных и т.д.

Ювелир сделала несколько попыток, но, заполняясь водой, сосуд заваливался. Пришлось мужу оружейницы, инженеру Руслану Туркаву, делать расчеты — центра масс, толщины стенок сосуда, глубины. Только с третьей попытки удалось уравновесить крылатый ритон. Ювелир продемонстрировала нам, как полный до края водой сосуд прочно удерживается на тонкой ножке.

— Когда-то я разговаривала с реставраторами оригинального ритона. Когда его извлекли из земли, он был помятым, поэтому его пришлось выпрямлять. Но уже сейчас, пройдя долгий путь мастера, я предполагаю, что у реставраторов не было такой сложной задачи — выстроить ритон так, как он был: чтобы в него можно было налить жидкость. Они просто выправили помятости и собрали сосуд. Уверена, если бы сейчас поставили задачу воссоздать такой же по размеру ритон, в него спокойно можно было бы влить литра три жидкости. Удивительно сложную задачу себе ставил мастер, и он ее выполнил, — говорит ювелир.

Если взглянуть на коня издалека, то он покажется точной, хотя и уменьшенной копией уляпского ритона. Но это не совсем так. Ася Еутых признается, что не копировала ритон в точности: не считала количество перышков крылатого коня, его завитки, не изображала древнегреческий миф о борьбе богов и ги­гантов (гигантомахия) на фризе, а воссоздавала образ. Это связано в том числе и с рядом обязательств, которые накладывает эталонная копия.

— Почему уляпским ритоном все так восторгаются? Потому что он очень изящный, у него очень красивая форма головы, золотые перья. Он очень качественно сделан мастером. И оттого, что его ножки в воздухе, он кажется парящим. Мне хотелось воссоздать этот сосуд и еще раз подчеркнуть, что на нашей территории могут делать такие чудесные ритоны, — говорит Ася Еутых.

С версиями о том, что ритон мог быть просто завезен в эти земли из Греции или откуда-нибудь еще, ювелир категорически не согласна.

— Поставить уляпский ритон в ряд с греческими либо персидскими не представляется возможным. Не надо быть большим специалистом, чтобы знать: у античного греческого коня другая форма носа. Здесь же налицо конь, типичный для Кавказа. Если говорить о сценах гигантомахии на фризе оригинала, то боги похожи на греков, но сделаны не очень мастерски, а вот гиганты изображены классическими кавказцами, это узнаваемые типы, живущие сегодня среди нас. Если внимательно рассматривать шедевр, можно отметить его непохожесть на классические греческие сосуды такого плана. Считать, что ритон завезен к нам откуда-то — непрофессиональное мнение, — убеждена ювелир.

Златокузнец признается: работа над ритоном ей, как художнику, доставляла истинное наслаждение, но трудности возникли не только с инженерным решением устойчивости конструкции. Когда дело дошло до уздечки, ювелир столкнулась с новым препятствием. Во всех прежних ритонах Аси с туловищем коня пасть животного была закрыта. У уляпского Пегаса напротив, рот открыт. Ювелир пересчитала коню все зубы, внимательно разглядела крошечный язычок оригинального Пегаса, перелистывала даже книги по классической анатомии.

Еще сложнее пришлось с уздечкой, которую Пегас зажал в зубах. Уздечку мастер делала отдельно. Пришлось воссоздавать крошечные подвижные меотские псалии — часть древнего уздечного набора, крепившегося во рту коня. В оригинале изображены даже маленькие гвоздики, которыми расклепаны псалии.

— Древний мастер реализовал это! Рассматривать его работу и в наш XXI век говорить, что мы можем лучше, — самонадеянно. Трудно даже соответствовать этому уровню, — говорит Ася Еутых.

Новый Пегас весит чуть более килограмма, вдвое меньше оригинала, однако изготовлен из тех же благородных металлов — серебра и золота. Он так же изя­щен, как его старинный старший брат, и приковывает взгляд. Для кого он сделан?

— Для истории, — отвечает Ася. — Где бы ни хранились мои работы — в музеях или частных коллекциях, самое главное — делать их для истории, для народа. И важно к каждому изделию относиться как к любимому ребенку. Тогда оно всю жизнь будет нести этот отпечаток любви.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook



Закон Республики Адыгея