Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Реформа РЖД в Адыгее: железные аргументыС развитием туризма регион может оказаться без транспорта?

Глобальная реформа железных дорог катится по рельсам России уже 13 лет. То ли число «13» несчастливое, то ли план реконструкции не прижился, но к началу 2015 года железная дорога регионального значения оказалась в тупике. 

Скандал с отменой во многих регионах РФ электропоездов грянул на днях, но, очевидно, был предопределен. Как выяснилось, ситуация во взаимоотношениях Адыгеи с железной дорогой не лучше.

Пути-дороги

Все началось с того, что в редакцию «СА» позвонила возмущенная майкопчанка Татьяна Климова.

Реформа РЖД в Адыгее: железные аргументы— Мы ждали получения двух контейнеров, которые должны были прийти по железной дороге на станцию «Майкоп». Когда терпение иссякло, отправились туда сами, выяснить, где груз? Оказалось, что контейнеры уже неделю стоят на станции. По словам служащей, нам сразу же отправили уведомление телеграммой, поскольку других возможностей связаться с клиентом у них нет! Она пояснила, что железнодорожную станцию «Майкоп» отрезали от телефонной линии — нет средств. Но ведь мы заплатили за все услуги по контейнерной перевозке, включая доставку.

— Адыгея не в состоянии содержать свою станцию? — задала вопрос наша читательница.

Как мы выяснили, дела у железнодорожной станции города Майкопа действительно идут неважно. Проблемы не только в грузовых перевозках. Начинаются они с отношения федеральной железной дороги к пассажирам.

— Законом определены требования в обеспечении безопасности железнодорожных сообщений в РФ. Проверка по станции «Майкоп» проводилась в 2013 году с участием прокуратуры и правоохранительных структур республики. Были обнаружены нарушения и недостатки на отдельных участках железной дороги в Адыгее. Не соответствует требованиям и железнодорожная станция «Майкоп». Было вынесено судебное решение. Нарушения, если они не ликвидируются в определенный срок, наказываются штрафными санкциями. Но занимается этими вопросами управление судебных приставов по Ростовской области, поскольку руководство Северо-Кавказской железной дороги, куда относятся Краснодарский край и Адыгея, теперь находится в Ростове, — пояснил транспортный прокурор Белореченского участка дороги, в полномочия которого входит и Адыгея, Супьян Арчаков.

Еще несколько лет назад станция города Майкопа относилась к Белореченскому участку железной дороги. Теперь же, по словам транспортного прокурора, Майкоп переподчинили Туапсинскому участку железной дороги, откуда им в принципе и должны руководить. А само управление Северо-Кавказской железной дороги находится в Ростове-на-Дону.

Перевозить по железной дороге грузы и людей — вещи, безусловно, разные, но рельсами взаимосвязанные.

— Есть закон о транспортной безопасности, по которому объекты транспортной инфраструктуры и транспортные средства подлежат обязательному категорированию и оценке уязвимости, в том числе и объекты железнодорожного транспорта. Объекты железной дороги — это станции, вокзалы, то есть в основном те подразделения, которые связаны с пассажирскими перевозками и на которых может возникнуть потенциальная угроза безопасности, поскольку на них происходит массовое скопление людей. Кроме того, по железной дороге перевозят большое количество грузов, в том числе опасных — нефтепродукты, химикаты и т.д. По требованиям закона все хозяйствующие субъекты должны были подать заявки в полномочные федеральные органы на определение категории. Железная дорога, как и другой транспорт, это выполнила. В 2012 году железнодорожному вокзалу «Майкоп» присвоена вторая категория, — рассказал начальник транспортного отдела Министерства строительства, транспорта и ЖКХ Адыгеи Сергей Толстиков.

Введение категорий безопасности для железнодорожных станций и вокзалов — это не веяние времени, а часть реформы РЖД. А транспортные проблемы в Адыгее «категорийно» усугубились.

Рамки безопасности

Категория станции на ЖД складывается из пассажиропотока в регионе и потенциального количества отбывающих и прибывающих людей, которые одновременно скапливаются на вокзале и платформах перронов. Так закон определил большую важность пассажирских перевозок перед грузовыми.

От станции «Майкоп» сегодня курсирует три пары электропоездов. Две пары электричек утром, днем и вечером перевозят пассажиров от Белореченска до Майкопа и горного поселка Хаджох в Майкопском районе Адыгеи. Еще одна пара ходит в направлении Майкоп — Белореченск — Туапсе.

Как отмечает статистика пассажирских перевозок, в будние дни на вокзале станции «Майкоп» массовости не наблюдается, но по выходным и праздничным дням в направлении гор поток людей заметно увеличивается.

В летний период пассажиропоток вырастает в несколько раз. В Адыгею приезжает много гостей из других регионов, которые хотят отдохнуть в горах. А близость Черного моря добавляет отдыхающим комфорта: два часа поездки в электричке из Майкопа — и ты уже в приморском городе Туапсе. Летом многие майкопчане уезжают по выходным к морю утренней электричкой, а вечерней возвращаются домой, и скопление людей на перроне вокзала вполне соответствует его второй категории.

— В соответствии с категорией была проведена оценка уязвимости вокзала и разработан план безопасности, который также утвержден на федеральном уровне. Закон требует неукоснительно этот план выполнять. Но на железнодорожном вокзале «Майкоп» не установлена система видеонаблюдения, а она необходима, — говорят в республиканском Министерстве строительства, транспорта и ЖКХ.

Проблему охраны станции «Майкоп» управление Северо-Кавказской железной дороги решило без затей — ввели ставку охранника, который должен следить за безопасностью и в случае необходимости ее обеспечить по станции, включая железнодорожные пути и вокзал. Однако человек в течение суток не может контролировать все объекты сразу.

— Транспортная прокуратура и антитеррористическая комиссия республики, которой руководит Глава региона, неоднократно обращали на это внимание. На заседания комиссии не раз приглашались руководитель станции и директор Белореченского и Майкопского вокзалов. Но они не могут принять самостоятельного решения. Те, кто непосредственно отвечает за оценку уязвимости, контролирует безопасность железной дороги, находятся в управлении Северо-Кавказской железной дороги. В их ведении находятся и финансовые ресурсы, — говорит Толстиков.

Власти республики неоднократно обращались к руководству Северо-Кавказской железной дороги в Ростов с вопросами о законной безопасности. Первый ответ на запрос республика получила еще в 2012 году. Управление СевКавЖД уверило: к концу 2012 года, в четвертом квартале, на станции «Майкоп» установят видеонаблюдение.

— Нам действительно установили одну видеокамеру — на входе в вокзал Майкопа, со стороны перрона. Какое-то время она работала, потом сломалась. А дальше дело так и не продвинулось, — пояснили в профильном Министерстве.

Из управления дорог поступали заявления, что видеосистему станции установят в 2013-м, те же обещания и в 2014 году. Но системы нет и поныне. По требованиям законодательства на станции также должен работать обученный специалист, который отвечает за транспортную безопасность и входящую в нее систему видеонаблюдения.

Закон о безопасности един для всего транспорта, который занят пассажирскими перевозками в регионах. Автовокзалы оборудовали, как положено, и к автотранспортным перевозчикам вопросов по обеспечению безопасности в Адыгее нет. Но железнодорожники выполнять обязательства не спешат.

— Несмотря на то, что Глава Адыгеи этот вопрос держал на контроле и протокольные решения республиканской антитеррористической комиссии направлялись в Ростов, во взаимодействии с руководством Северо-Кавказской железной дороги мы достигли немногого. Нам восстановили отдел линейной полиции станции «Майкоп», поставили два металлодетектора — рамку на входе в вокзал и взрывозащитный контейнер для потенциально взрывоопасных вещей — забытых сумок, пакетов и прочего, — говорит Сергей Толстиков.

Реконструкция коммерции

Непосредственным содержателем балансов всех объектов инфраструктуры железных дорог является ОАО «РЖД». За системное нарушение требований безопасности станцию «Майкоп» не раз уже подвергали штрафам. Как говорят в Министерстве, суммы по административным делам немалые — порядка 50 тыс. рублей. Но обеспечить видеокамерами вокзал, перрон и станционные пути в Майкопе руководство СевКавЖД не спешит.

Получается, что судебные приставы из Ростова взыскивают штрафные деньги, а на станции в Майкопе нет даже элементарной телефонной связи! В результате — нарушение прав граждан, которым закон гарантирует безопасность, а компания «РЖД» — нет. Рискнем предположить, что за суммы штрафных санкций железнодорожная станция в Майкопе могла быть не только с видеонаблюдением, но и с элементарными удобствами, которых там нет.

— Очереди в билетные кассы на Майкопском вокзале по-прежнему занимают у людей часы ожидания! Даже если купил билет через Интернет, в Майкопе нет терминала «РЖД», чтобы его распечатать, приходится стоять в общей очереди в кассу. Нет терминала с информацией о поездах, количестве свободных мест в вагонах. Это и есть единая сеть электронных услуг ОАО «РЖД»? — возмущается возле касс приехавший в Майкоп в командировку из Казани Андрей Волков.

Так кто же несет ответственность за кассы и билеты? Этим ведают дочерние компании-перевозчики, которые находятся в регионах. К примеру, в Краснодарском крае их несколько. Адыгея же находится внутри края и интегрирована в его транспортную сеть.

— Структура «РЖД» сегодня действительно очень сложная. Если раньше у нас была опорная станция «Майкоп», у нее был один руководитель, который отвечал за транспортную деятельность, за пассажирские и грузовые перевозки, то сейчас все полностью изменили — в связи с реформой. В ней параллельно существуют несколько структур, — говорит Толстиков.

Это как раз и есть «дочки», рожденные «РЖД» для оптимизации деятельности железных дорог в регионах. Одна из них занимается пригородными пассажирскими перевозками, другая заведует продажей билетов на поезда дальнего следования, третья решает погрузочно-разгрузочные задачи, четвертая отвечает за железнодорожный вокзал, пятая — за путевое хозяйство, шестая — за контактную электролинию…

По словам сотрудников профильных ведомств, в этой системе очень сложно разобраться. С Адыгеей по договору работает компания-перевозчик «Кубаньэкспресспригород», учредителями которой являются администрация Краснодарского края и ОАО «РЖД». Несколько лет назад она занималась всеми пригородными перевозками пассажиров в крае и Адыгее. Но в прошлом году из ее структуры выделили отдельную компанию-перевозчика — отдельно для электропоездов, курсирующих вдоль Черноморского побережья.

На самом деле, в таком лабиринте ответственных не найти. Все эти расплодившиеся дочерние фирмы сосредоточены где-то, но не в Майкопе: в Белореченске, в Туапсе, частично — в Краснодаре, а в основном — в Ростове. Получается, что, к примеру, заместителю руководителя всей Северо-Кавказской железной дороги по пассажирским перевозкам, а именно он непосредственно курирует и отвечает за оценку уязвимости и безопасность в Майкопе, наши местные проблемы из Ростова не видны?

— Жителей Адыгеи волнует сегодня, что будет с пригородными электропоездами к лету. Тарифы на массовый пассажирский транспорт в нашем регионе пока остаются прежними: для автотранспорта — 1,36 рубля за пассажиро-километр проезда, 13 рублей — тариф за 10 км проезда в электричке. Железнодорожный пригородный транспорт в направлении на поселок Хаджох по сути социальный маршрут, которым часто пользуются пенсионеры, социально незащищенные граждане. В электропоездах у нас также ездят студенты — у них льготный проезд. Но пассажиропоток резко сокращается, поскольку жители региона предпочитают общественному транспорту собственные автомобили. На объемах перевозок всеобщая автомобилизация населения сказывается сильно, — говорит Толстиков. 

Но электропоезда считаются более комфортным транспортом для пассажиров, чем автобусы и даже личные авто. Риск опоздать к нужному сроку здесь сводится к минимуму — нет пробок и опасностей автотрассы.

Все это учитывает тариф на проезд по ЖД?

— Собственником локомотивного парка является компания ОАО «РЖД», а транспортные компании только арендуют подвижной состав. И баланса между этими структурами сегодня нет: с одной стороны, повышаются затраты на содержание транспортного парка, с другой — падают пассажиропоток и объем перевозок, — говорят специалисты.

Как только расчет тарифов был передан на уровень регионов, диспропорция между доходной и расходной частями стала несоизмеримой. Региональные управления регулирования цен и тарифов рассматривают экономически обоснованный плановый тариф и предельный тариф для населения региона. Из этого складывается цена на проезд.

— И сразу возникла разница между расходной и доходной частями, за которую должен нести ответственность регион, — говорит Толстиков.

В 2014 году эта сумма составила более 2 млн. рублей, из которых Адыгея заплатила 259 тыс. рублей — за компенсацию льготного проезда для студентов и 1,8 млн. рублей — в возмещение убытков перевозчика.

— Разница сильно увеличилась. Не потому, что регион снижает тариф для населения, а потому, что растет расчетно-плановый тариф. За год он вырос в разы и на сегодня составляет 61 рубль за 10 км пассажирской перевозки, — говорят в Министерстве.

Пока в Адыгее стоимость проезда в электропоездах остается прежней, а разницу доплачивает республиканский бюджет.

В то же время стоимость проезда в поездах дальнего следования сегодня практически равнозначна стоимости авиационных билетов. По официальной статистике, цены на билеты в поездах дальнего следования за последние пять лет выросли на 75,5%, а в 2015 году должны увеличиться еще. 

Все многочисленные реформы — в системе электроэнергетики, в недропользовании, здравоохранении, образовании и т.д. — дробят огромные по масштабам России структуры на мелкие подразделения, а их — на фирмы и ИП, у каждого из которых есть свой начальник и свой финансовый расчетный счет. И никто при этом не просчитывает экономические риски от такого «предпринимательства». 

Елена Космачёва. 

Фото Аллы Загуменновой.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook



Закон Республики Адыгея