Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

На минувшей неделе сотрудники прокуратуры всей страны отметили свой профессиональный праздник. Их ведомственная специфика такова, что они призваны наводить порядок в гуще всей жизни ежечасно. Их цель — торжество закона во власти и в обществе. Это очень сложная работа, и далеко не все ее понимают правильно. Зачастую понимают лишь тогда, когда непосредственно сталкиваются с прокурорами, разбирающими их проблемы и жалобы. О том, насколько трудно достается авторитет блюстителю закона, о реформах правоохранительных структур и доверии людей, рассказал читателям «СА» начальник отдела по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-разыскной деятельностью прокуратуры Адыгеи Сергей ЖИНЖАРОВ.

Достоинства профессии

— Сергей Семенович, есть мнение, что между силовыми структурами – полицией, следственным комитетом и прокуратурой, которая ведет надзор за законностью, существует определенное противостояние. Приходится отстаивать честь мундира? 

— На самом деле все эти структуры выполняют одну и ту же задачу. И цели у них одни: борьба с преступностью, защита прав людей, пострадавших от преступлений, восстановление этих прав, возмещение ущерба. В целом сохранение законности и правопорядка. При этом все они взаимодействуют с государственной властью и властью местного самоуправления, в частности, в вопросах предупреждения преступлений. Поэтому противоречий нет и быть не может. Безусловно, в каждом ведомстве существует свой круг интересов, который определяется их спецификой. А ведомственные интересы не всегда гладко состыковываются между собой. Чтобы узковедомственные интересы не отражались на общей работе, на прокуратуру законом возложена функция — координировать их деятельность, поскольку каждая из структур и все вместе выполняют общие задачи. Исходя из этого и можно делать какие-то оценки, выводы — есть ли такие противоречия или их нет? На мой взгляд, их нет. Особенность работы всего этого масштабного государственного механизма, а кроме того, сюда входят и службы ФСБ, наркоконтроля, судебных приставов, исполнения наказаний, заключается в том, что прокуратура не только координирует борьбу с преступностью, но и осуществляет надзор за исполнением законов всеми ведомствами, органами госвласти и местного самоуправления. Здесь у прокуратуры двуединая задача — выявлять нарушения законодательства и создавать конструктивное, деловое взаимодействие, чтобы механизм работал слаженно, все двигались в одном направлении и не возникало недопонимания. С точки зрения роли прокуратуры и нужно оценивать общую работу. Иногда, к сожалению, нарушители встречаются. Бывает, происходят и грубые нарушения, когда мы вынуждены ставить вопрос о привлечении отдельных должностных лиц к уголовной ответственности, даже в рядах правоохранительных структур. С позиции закона, в таких случаях у людей, которые носят погоны, не должно возникать каких-то обид или конфронтаций. Что законно, то целесообразно.

— Как часто сотрудникам прокуратуры приходится применять в этих структурах свой законный авторитет? 

— Узковедомственные интересы в каких-то моментах могут влиять на ситуацию. В результате возникают межведомственные дискуссии, что в принципе нормально и не мешает общей работе. Мы регулярно проводим координационные и межведомственные совещания, совместные учебные семинары и тренинги, в которых участвуют все ведомства, включая судебную власть. Это свидетельствует о единстве наших задач. Результат — достаточно стабильная криминогенная обстановка в республике.

— Такая многоплановая расструктуризация правоохранительной системы оправдала свою целесообразность? Это не способствует развитию, скажем, бюрократии?

— Если говорить о моем мнении как человека, в каждой из структур работа должна строиться на исполнении требований закона. Тогда у людей отпадает этот вопрос сам собой. Требования закона касаются всех, в первую очередь тех, кто обличен должностными полномочиями, хотя человеческий фактор никто не отменял. Разделение ведомств, когда следственные отделы прокуратуры были преобразованы в следственный комитет, из налоговой полиции создан наркоконтроль и пр., обосновано законом. Дело не в том, что произошло реформирование правоохранительных органов. В большей степени на эффективность работы влияют кадры. Ротация еще идет, она коснулась и прокуратуры Адыгеи. В ведомствах некоторые сотрудники сами ушли из правоохранительных органов, а от некоторых пришлось отказаться. 

— Как пережили реформы в прокуратуре республики?

— На том этапе кадровые передвижения дались непросто, пришлось заново организовывать всю работу. Из прокуратуры произошел большой отток подготовленных, опытных, высококвалифицированных сотрудников, которые перешли в другое ведомство — в следственный комитет. Это создало определенные трудности. В свое время я возглавлял следственный отдел республиканской прокуратуры и 7 сентября 2007 года, когда был выделен следственный комитет, остался вообще без подчиненных сотрудников. Конечно, было нелегко: пришлось заново формировать штат, отбирать людей, обучать. Это технические сложности. Тем не менее практика показывает: за эти годы хорошо подготовленные профессионалы из других правоохранительных структур – полиции, наркоконтроля, следственного комитета — приходят работать в прокуратуру и успешно трудятся. 

— Статус и авторитет прокуратуры позволяет вам отбирать лучшие кадры у других? 

— Каждое ведомство старается выбирать лучших — кадры решают все! Но я уверен: несмотря на все реформы в правоохранительной системе, авторитет прокуратуры очень высокий. И у населения республики, и у наших коллег из других силовых структур, поскольку они для себя считают важным и нужным работать именно здесь. В сознании у многих укоренилось, что требования в прокуратуре к профессионализму, опыту, деловым качествам специалистов очень высоки. Наверное, практически каждый юрист к этому стремится. Я тоже когда-то пришел в прокуратуру из милиции, в моем понимании, да и у многих моих коллег, это считалось своего рода «олимпом» в профессии, которому нужно стремиться соответствовать. К слову, зарплата во всех силовых структурах сегодня практически одинакова, и это тоже о многом говорит. 

— Часто люди жалуются на то, что в правоохранительных структурах не хотят или не стремятся рассматривать их обращения, возбуждать уголовные дела и т.д.  Фактов, когда процессуальные проверки затягиваются или следователи необоснованно отказывают в возбуждении уголовного дела, достаточно. На прокуратуре в данном случае особая ответственность. Почему это происходит?

— К сожалению, нарушения закона именно при приеме и регистрации сообщений о преступлениях составляют львиную долю жалоб на работу полиции — в их подследственности этих сообщений больше, чем в других ведомствах. Прокурорам в таких случаях приходится вмешиваться, реагировать, ставить преступления на учет. По итогам 2013 года более 500 преступлений из числа незарегистрированных было поставлено на учет прокурорами. За минувший 2014 год цифры будут не меньше. 

— В чем причина такой стабильности этой статистики?

— Анализ ситуации показывает, что причины разные, включая ошибочные или алогичные решения, которые принимает ответственный сотрудник. От банальной лени отдельных людей до неправильного понимания тех самых ведомственных интересов. 

— Как вы считаете, сокращение кадров в полиции, которое произошло в результате реформы, сказывается на этом?

— Высокопрофессиональные кадры нужны были всегда. Определенный недостаток в них был, есть и, наверное, будет. Кто-то более компетентен, кто-то менее, что, собственно, в конечном счете сказывается на работе полиции в вопросах приема и регистрации сообщений о преступлениях. Этот момент порой и вызывает возмущения граждан, поскольку болезненно затрагивает их права и законные интересы. Это — один из приоритетных аспектов работы прокуратуры: выявлением таких фактов мы занимаемся постоянно. Цифра — 500 преступлений, которые поставлены на учет после вмешательства прокуроров, — довольно велика. Значит, по этим преступлениям правоохранительные органы стали работать, чтобы привлечь виновных к установленной законом ответственности, по указанию прокуратуры.

Право на защиту

— Полицейские в большинстве своем стремятся завоевать доверие людей — это основной показатель их работы. Есть в этих фактах некое противоречие……

— Дело в том, что ведомство полиции — огромная структура. Чем больше хозяйство, тем сложнее в нем навести порядок. Прокуратура же по числу сотрудников в десятки раз меньше, здесь каждый на виду, его работу легко проконтролировать. В огромном ведомстве, безусловно, легче уйти из-под контроля. В большом коллективе обязательно найдется кто-то, поленившийся взять на себя труд с уголовным делом. Учитывая конструкцию современного уголовно-процессуального законодательства, когда сторона защиты наделена такими же правами, как и сторона обвинения, и процесс доказательства вины носит состязательный характер, доказать вину человека не просто. Для этого нужны профессионализм, желание, работоспособность. Но люди не всегда и не все готовы, что называется, костьми ложиться на алтарь профессии. У прокуратуры в этом отношении никаких ведомственных интересов нет, наша задача — выявить нарушение закона и устранить. К этому нет ни внутренних, ни внешних препятствий.

— Прокурор — это обвинитель, но его труд — защищать?

— В любом уголовном деле есть две стороны — виновный и пострадавший. Защита конституционных прав граждан в обществе — это традиционная функция прокуратуры,  причем одна из основных. Мы ею занимаемся, что позволяет, в конце концов, во многих случаях добиваться защиты прав человека. Люди знают об этом, поэтому и приходят за защитой в прокуратуру. Руководители других правоохранительных структур в Адыгее выполняют свои задачи, которые также направлены на защиту закона и гражданских прав добропорядочных жителей республики. Раскрывается значительная часть преступлений, виновные несут законное наказание. Криминогенная обстановка в республике значительно улучшилась за последние годы.

— Как вы относитесь к оправдательным приговорам?

— Оправдательный приговор говорит о том, что правоохранительные органы необоснованно привлекли человека к уголовной ответственности, не смогли доказать обоснованность обвинения, которое ему предъявлено. Проще говоря, это брак в работе. Но этот брак — ошибка, которая сказывается на человеческих судьбах, что на самом деле — страшная вещь. Несправедливо обвиненному приходится испытывать непомерные тяготы. Исходя из этого, защита конституционных прав как потерпевшего, так и обвиняемого важна для прокурора в равной степени. Приоритет в отношении каждого человека — защита от преступления и от необоснованного преследования. Это закреплено в Конституциях России и Адыгеи, в законе о прокуратуре, в приказах генерального прокурора, которыми мы руководствуемся в повседневной работе. Это заставляет прокуроров добиваться от следователей обоснованных обвинений и обоснованного направления уголовного дела в суд. Если структура, которая расследовала дело, сформулировала свою правовую позицию в обвинительном заключении и представила это заключение прокурору, и он с доказательной базой согласился, дальше всю ответственность за уголовное преследование несет прокурор. Это основа прав и свобод. Поэтому мы требуем от прокуроров на региональном и районном уровне тщательно исследовать все моменты дела до того, как принять решение и направить его в суд. Достаточно часто дело возвращают на дополнительное расследование. Оправдательные приговоры в Адыгее бывают, но это единичные случаи. Как правило, они потом оспариваются прокуратурой. Но цель – свести такие дела к нулю. 

— Люди сегодня все чаще высказывают мнение, что наказание за коррупционные преступления слишком мягкое. Была же раньше статья в Уголовном кодексе о конфискации имущества, больших реальных сроках заключения. Как вы относитесь к таким высказываниям?

— Думаю, люди больше руководствуются эмоциями. Есть разница в том, что один украл из бюджета деньги, а другой – лишил жизни? С одной стороны — человеческая жизнь, с другой — материальные блага. Закон учитывает степень социальной опасности преступления, исходя из этого установлены нижний и верхний пределы наказания. Степень социальной опасности учитывается прокурорами в требовании срока наказания. Ведь есть преступники, на которых, как в народе говорят, негде клейма ставить. Как быть с ними? В России хорошие законы, но они должны работать и исполняться всеми в обществе. Что касается конфискации имущества, разве стократная к полученной взятке сумма штрафа и возмещение ущерба — легкое наказание? Не стоит забывать, что невыплаченный ущерб или штраф чреваты реальным сроком заключения. И прокуроры в Адыгее за последние годы неоднократно отстаивали законные суровые меры. 

Елена Космачёва

22.01.2015 в 00:21

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.