Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Ликвидаторы — так называли тех, кто пытался минимизировать последствия аварии на Чернобыльской АЭС. Около 600 тыс. человек со всего бывшего Советского Союза являются ликвидаторами. Первыми на устранение последствий взрыва прибыли сотрудники станции, пожарные и милиционеры. Все они были обречены, двое сотрудников АЭС погибли сразу, во время взрыва, еще несколько десятков человек, получив огромную дозу радиации, ушли из жизни в течение нескольких недель после аварии.

Со всех уголков страны к ЧАЭС съезжались тысячи людей: химики, физики, военные из войск радиационной, химической и биологической защиты (РХБЗ), солдаты, срочники, строители, бульдозеристы, водители, крановщики, сварщики… Малонаселенная сельская местность превратилась в огромный жилой лагерь — всюду палатки, бараки, стоянки техники. Проселочные дороги, по воспоминаниям очевидцев, были забиты снующими туда-сюда грузовиками, машинами химической разведки, бронетранспортерами, бульдозерами и самосвалами. Тысячи тонн строительных материалов, железнодорожные составы со сменными бригадами устремились к месту катастрофы.

Несмотря на обилие новейшей техники, главной движущей силой процесса были люди: ведущие специалисты и простые рабочие, которые своими руками исправляли последствия этой чудовищной катастрофы, не давая разрастись ей до мирового масштаба. Именно они получили страшные дозы радиации, которые стали причиной хронических болезней, проблем со здоровьем на всю оставшуюся жизнь. Основная часть работы была выполнена в 1986—1987 годах, в них приняли участие около 240 тысяч человек. А всего чернобыльцами могут считать себя почти 7 миллионов жителей бывшего Советского Союза.

Максимальная доза радиации, которую позволялось набрать ликвидаторам, — 25 рентген. Каждый день в личные карточки выписывались полученные дозы радиации, и когда общая превышала норму — работа ликвидатора в зоне считалась законченной, он отправлялся домой. Но не всегда вовремя прибывала смена, часто данные в карточке занижались, фон же вблизи станции был настолько нестабилен, что даже люди, находящиеся в одной группе на расстоянии 50 метров друг от друга, могли получить совершенно разные дозы, а проконтролировать это даже с помощью индивидуальных дозиметров было невозможно.

Уровни радиации (и, соответственно, дозы) в пределах 30-километровой зоны вокруг взорвавшегося 4-го реактора Чернобыльской АЭС в 1986 году различались между собой в миллионы раз: от нескольких десятых миллирентген в час на южной границе зоны до сотен рентген в час в некоторых местах вблизи и на самой АЭС.

С техникой было сложнее. Техника — не люди, она железная, радиацию накапливала в пыли, забивающейся в швы, под колеса, в металл, в резину. На всех выездах из зоны были установлены дозиметрические посты, которые меряли радиационный фон техники. Если он превышал допустимые показатели, технику отправляли на ПУСО (пункт специальной обработки), где специальные поливочные машины и солдаты, с головы до ног укутанные в резину, мыли машины из брандспойтов водой с дезактивирующим порошком. Если после трех таких помывок техника продолжала «звенеть», ее отправляли в могильник на захоронение.

В зоне отчуждения

На одном из ПУСО начальником пункта санитарной обработки был Дмитрий Сосновский.

Он — родом из города Дербент, окончил Махачкалинский мединститут, по распределению попал в город Зеленоград, в Министерство путей сообщения. В 1986 году был призван в ряды Советской армии. В составе военнослужащих (в совершенно секретной обстановке) прибыл в распоряжение полка химзащиты. Было это 9 мая 1986 года. И только тогда, когда прибыли на место, им сообщили всю информацию.

— Работы по строительству пунктов санобработки, по подводке электричества, подвозу воды из источников, получению обмундирования и т.д. было много, — вспоминает Дмитрий Сосновский. — Основной касад ПУСО состоял из четырех пунктов: «Копачи», «Лелев», «Рудня Вересня», «Дидятки». Каждый следующий ПУСО находился все дальше от АЭС и ближе к чистой зоне и пропускал технику со все меньшим и меньшим уровнем радиации.

Спустя почти полгода Дмитрий Сосновский уехал домой. В 1998 году он вместе с семьей переехал в Майкоп. Работал в Майкопской городской больнице, в отделении гнойной хирургии. Вот уже три года он является главврачом (взрослой) поликлиники №2 города Майкопа. Награжден медалью «За спасение погибавших», знаком «Участник ликвидации аварии на ЧАЭС».

Валерия Ломешина. Фото автора.

27.04.2015 в 16:47

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.