Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Недавно назначенный руководитель регионального Управления ФССП России Дмитрий Лабазов дал «СА» первое интервью с момента вступления в новую должность.

— Дмитрий Владимирович, разрешите начать разговор с несколько отвлеченной темы. Вы переведены в нашу республику из Архангельской области. Есть ли различия между условиями работы судебных приставов в Поморье и в Адыгее? Каковы ваши впечатления об Адыгее?

— Конечно, наши регионы различаются. Если в Архангельской области температура 13 градусов выше нуля считается теплой, то здесь, в Адыгее, и 23 градуса могут считаться прохладной погодой. Регионы, с точки зрения географии, климата, и по многим другим параметрам очень разные. Как оценить? Как сравнить? Одно скажу, везде хорошо, а Россия большая.

Что касается непосредственно работы нашей службы, то от суровых полярных широт до знойного юга судебные приставы выполняют одни задачи, связанные с исполнением решений судов, иных юрисдикционных органов, обеспечением безопасности судебных учреждений и проведением дознания по подведомственным службе составам уголовных дел. Естественно, на нашу работу влияют природные и географические факторы. Судебный пристав должен найти каждого должника и достучаться буквально до каждой двери. Территориальные особенности и транспортная составляющая в нашей деятельности крайне важны. В Адыгее в этом смысле проще: если Архангельская область занимает порядка 410 тыс. кв. километров, то Адыгея 7,6 тыс. К слову, Новая Земля — это тоже Архангельская область. Непосредственно там приставов нет, но периодически приходилось вылетать по долгу службы и в эти края.

— Можно сказать, что в Поморье приставам приходится сталкиваться с белыми медведями, а может, и добираться до места работы на оленьих упряжках?

— Насчет белых медведей — это да. Насчет оленьих упряжек — иногда приставы используют в работе снегоходы. Однако в ряде мест Архангельской области, где несут службу мои коллеги, олени для местных жителей — это действительно наиболее удобный и быстрый способ перемещения.

— Перейдем непосредственно к Адыгее. Дмитрий Владимирович, как вы оцениваете положение дел в УФССП по Адыгее? Являетесь ли вы «новой метлой», которая «чисто метет»?

— Коллектив вполне работоспособен. Это прежде всего определяется не моим субъективным мнением, а тем, каких результатов приставы Адыгеи добиваются на общероссийском уровне. Управление по Адыгее в рейтинге региональных управлений службы судебных приставов занимает достаточно высокое двадцатое место. Однако я считаю, что с учетом квалификации наших сотрудников, территориальных особенностей республики и особенностей менталитета жителей Адыгеи мы можем быть выше. Будем работать на достижение этой цели. С учетом этого, никаких кардинальных кадровых изменений я не планирую. Хотя, конечно, будут определенные корректировки.

— Ваш перевод в Адыгею состоялся в достаточно сложный для российской экономики период. Сейчас, полагаем, особое внимание уделяется эффективности взыскания налоговых недоимок. Насколько успешна работа приставов по пополнению бюджета?

— В случае с налоговыми недоимками судебные приставы находятся на завершающем этапе взыскания. Многое зависит от того, как до поступления к нам исполнительных документов сработали налоговые органы и суд. Сейчас взыскания по налогам в целом совпадают с показателями за первые четыре месяца прошлого года: говорить о какой-то яркой динамике не приходится.

— Тем не менее на днях в ходе публичных слушаний по итогам исполнения бюджета 2014 года Минфин Адыгеи сообщил, что за 2014 год задолженность по налогам и сборам, пеням и налоговым санкциям составила почти 1 млрд. рублей…

— Повторюсь, судебные приставы работают, если можно применить термин не юридический, а технический, на «давальческом сырье». Если ситуация с собираемостью налогов становится хуже, мы почувствуем это через определенный промежуток времени: после того, как будут вынесены соответствующие судебные решения, которые вступят в законную силу. Определенный временной лаг пока еще есть.

— Сказалась ли сложная ситуация в экономике на деятельности судебных приставов? Меняется ли статистика по исполнительным производствам, связанным с банкротством предприятий, нарушениями коммерческих обязательств?

— Здесь также есть определенный лаг. Надо подождать того момента, когда судебные решения начнут реально поступать к нам для исполнения. После этого можно будет говорить о динамике показателей.

— Есть еще один традиционно сложный вопрос, касающийся не только пополнения бюджетов, но и сохранения жизни людей, — взыскание штрафов за нарушения ПДД, в том числе наложенных при помощи средств фото- и видеофиксации…

— Я могу судить по прошлому месту работы и могу уже сказать по здешнему опыту: правосознание граждан за последние лет десять изменилось в лучшую сторону. Мы прекрасно помним те времена, когда люди не платили штрафы, но не потому, что не было возможности, а потому, что платить считалось «неприличным». Сейчас ситуация поменялась кардинально. Платят. Документы, которые поступают к нам на исполнение, в большинстве своем оплачиваются. Хотя, конечно, бывают исключения. В январе — апреле этого года мы уже взыскали порядка 1,4 млн. рублей, а в аналогичном периоде прошлого года было 556 тыс. рублей. Рост — более чем в два раза. Это произошло и благодаря увеличению числа камер видеонаблюдения, а также благодаря надлежащему взаимодействию с дорожной полицией. Не могу не отметить и серьезное внимание, которое уделяется руководством Адыгеи вопросу обеспечения безопасности на дорогах и сокращению числа смертельных случаев в ДТП.

Относительно взаимодействия с дорожной полицией, отмечу хороший опыт проведения совместных акций. К примеру, недавно судебные приставы Гиагинского районного отдела провели совместный с сотрудниками ГИБДД рейд по взысканию административных штрафов за совершение правонарушений в сфере безопасности дорожного движения. Для взыскания задолженности участники рейда выехали по месту проживания должников. Как оказалось, многие из них уже оплатили свои долги и предъявили квитанции об оплате. Если же нарушитель дорожного движения не проявил гражданскую сознательность, в дело вступали наши сотрудники: в ходе акции фактическим исполнением было окончено 35 исполнительных производств.

— А насколько серьезно кризис сказался на гражданах? Есть ли случаи, когда люди не могут платить по долгам из-за потери работы? Ухудшилась ли статистика по исполнительным производствам в отношении ипотечного жилья?

— Проблема закредитованности граждан в республике есть. Может, она и не стоит столь остро, как в целом по ЮФО, но, повторюсь, она есть. Что касается выселения граждан из оформленного в ипотеку жилья, за время моей работы в Адыгее такого пока не было. По предыдущему месту службы встречались единичные случаи. В массовом порядке ничего такого не происходит.

Напомню жителям Адыгеи, что информационный ресурс «Банк данных исполнительных производств» на официальном сайте Управления www.r01.fssprus.ru предоставляет возможность получить полную информацию о своих долгах и оплатить их. Если обычно к услугам «Банка данных исполнительных производств» обращались сами должники, то теперь к нему обращаются и другие стороны исполнительного производства, и некоторые третьи лица, имеющие какие-либо общие интересы с должниками. Например, при совершении крупных покупок — транспортных средств, недвижимости — граждане проверяют, нет ли у продавца долгов, ведь приобретаемое имущество может оказаться под арестом. В последнее время этот сервис используют и работодатели, интересующиеся, нет ли просроченных долгов за кандидатами на трудоустройство. Добросовестность при исполнении кредитных обязательств становится фактором, который учитывается при приеме новых сотрудников на работу.

— С 1 июля вступает в силу закон о банкротстве физических лиц. Упростит ли это работу приставов?

— Действительно, внесенные изменения в Закон РФ ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» вводят в России институт банкротства физических лиц. Это позволит цивилизованным образом разрешать ситуации, когда человек объективно не имеет возможности рассчитаться по долгам. Полагаю, на этом фоне число исполнительных производств может сократиться и приставам станет полегче. Будет легче и самим гражданам. Но о том, будут ли эти изменения носить кардинальный характер, можно будет говорить только после того, как закон вступит в силу и будет наработана практика его применения.

— Каково ваше отношение к работе коллекторов. Активны ли коллекторские агентства в Адыгее?

— Взыскание долгов при помощи коллекторов — это нормальная практика, урегулированная законом. И это право кредитора определять, каким конкретно способом будет производиться взыскание. Но надо понимать принципиальную разницу между коллекторами и судебными приставами: мы являемся представителями государства и обладаем несопоставимо большим объемом полномочий. Коллектор ограничен в возможности посещения жилья, в возможности получения информации о гражданах, их имущественном положении. Не случайно, когда коллекторы сталкиваются со сложными ситуациями, они сами предъявляют документы нам для исполнения.

— Есть ли жалобы со стороны должников о том, что коллекторы действуют с нарушением закона?

— С момента начала работы в Адыгее такой информации ко мне не поступало.

— А в целом о чем говорят граждане в ходе личных приемов?

— Понимаете, у нас же две стороны исполнительного производства. Один жалуется на то, что плохо взыскано, другой — что взыскание произведено уж слишком быстро. Один считает, что ущемлены его права и интересы, другой — что его. Но в любом случае каждое обращение подлежит тщательному рассмотрению. Также напоминаю, что у нас действует телефон доверия: (8772) 56-94-44. Обратившись по нему, можно в том числе сообщить о фактах коррупции, допускаемых сотрудниками службы судебных приставов.

— Новое, современное здание регионального УФССП — показатель того, что государство с вниманием относится к службе судебных приставов. Но какова ситуация с социальным обеспечением и уровнем оплаты труда сотрудников, грядут ли здесь перемены к лучшему? Ведь работа судебного пристава не из легких, в службе наблюдается постоянная текучка кадров.

— Как должностное лицо, я стараюсь не комментировать решения вышестоящих органов, тем более решения, которые еще не приняты. Но, конечно, мы имеем определенные надежды относительно того, каким образом будет развиваться служба. Хотя в первую очередь необходимо продолжать ответственно работать. Статус — дело вторичное.

Текучка кадров существует, но она незначительна, если сравнивать с другими регионами. Работа у судебных приставов-исполнителей действительно сложная. Убежден, что сотрудник, который надлежащим образом проработал достаточно продолжительное время — это профессионал, которого надо беречь.

Кстати, недавно сборная команда судебных приставов Адыгеи заняла первое место в соревнованиях по мини-футболу, проводимых в рамках первенства МВД по Республике Адыгея и Адыгейской республиканской организации «Динамо» и посвященных 70-й годовщине Победы в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. Команда-победительница посвятила эту победу всем ветеранам Великой Отечественной войны.

Можно гордиться и успехами, которых достигают дети наших сотрудников. Верю, что среди этих ребят будут те, кто свяжет жизнь со службой судебных приставов. В конце апреля в ФССП России подвели итоги Всероссийского конкурса «Юный правозащитник». Сын судебного пристава-исполнителя Кошехабльского районного отдела Ислам Рзаев занял 3 место в третьей возрастной группе от 16 до 18 лет. А работа племянника судебного пристава-исполнителя Тахтамукайского районного отдела Дамира Лаюка, который участвовал в конкурсе в возрастной категории от 11 до 13 лет, признана одной из лучших, и по приказу директора ФССП России Артура Парфенчикова он награжден путевкой во Всероссийский детский центр «Орленок».

В завершение беседы Дмитрий Лабазов счел необходимым еще раз поделиться впечатлениями от нашей республики: «Я рад тому, что оказался в Адыгее, и я восхищен красотой республики. Надеюсь работать здесь долго и достаточно плодотворно».

Дмитрий Кизянов.

Фото Аллы Загуменновой.

03.06.2015 в 23:53

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.