Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Ирина Киркора: «В Адыгее я увидела готовность к сотрудничеству и продуктивному взаимодействию».

В ходе недавнего визита в Адыгею делегации Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека отдельный блок рассмотренных вопросов касался защиты прав предпринимателей. В том числе состоялось заседание Общественного экспертного совета при Уполномоченном по правам предпринимателей в Адыгее Владиславе Зафесове. В мероприятии приняла участие представительница СПЧ Ирина Киркора, которая поделилась с «СА» мнением о состоявшейся встрече.

— В Адыгее я увидела готовность к сотрудничеству и продуктивному взаимодействию между органами власти и управления, бизнес-омбудсменом и юридической общественностью, — говорит Ирина Владимировна. — В ходе встречи Общественного экспертного совета говорили о вопросах защиты прав предпринимателей, устранении административных барьеров, в целом — о широком круге тем, касающихся создания в регионе благоприятной деловой среды. Также рассматривалась конкретная жалоба на нарушения прав предпринимателя в ходе расследования уголовного дела. То что в заседании приняли участие руководящие сотрудники правоохранительных органов, которые проявили заинтересованность в этом вопросе, подчеркивает важность института республиканского бизнес-омбудсмена. У меня возникло ощущение, что и сами правоохранители в Адыгее уделяют вопросам защиты бизнеса определенное внимание, понимая, что в этом направлении есть проблемы и сложности.

Также представители юридической общественности Адыгеи озвучили ряд предложений относительно того, каким образом можно совершенствовать законодательство. Прием и изучение подобных предложений с мест — также одна из задач СПЧ. При этом я лично убедилась, насколько ответственно члены экспертного совета подходят к своей работе. Статус присутствовавших на заседании лиц был высокий, и это означает, что люди нашли в своем плотном рабочем графике необходимое время, понимая важность встречи. На практике подобное осуществимо далеко не во всех регионах. 

— Вы сказали, имела место жалоба на действие органов следствия? В чем проблема?

— В обращении, помимо прочего, говорится о том, что в ходе следствия (причем его сроки уже затянулись более чем на год) арестованное имущество — товар, который принадлежит предпринимателю, — уже длительное время лежит на складе. К слову, оплачивает его хранение сам подследственный. Очевидно, что подобная ситуация никоим образом не способствует успешному ведению хозяйственной деятельности заявителя. В ходе заседания было принято решение, что Общественный экспертный совет проведет по данному делу экспертизу, после чего мы определимся, что делать дальше. Скорее всего, эту экспертизу проведет Адвокатская палата Адыгеи, президент которой Алий Мамий проявил самый серьезный интерес к данному случаю. Что касается моего личного мнения: по обращению еще нет заключения правовой экспертизы, и я не готова высказывать свои суждения по этому поводу. 

— Ирина Владимировна, можно задать вопрос в развитие темы, хотя, как понимаю, рассматриваемый случай не имеет к этому прямого отношения. Российское информационное пространство то и дело сотрясают скандалы, связанные с рейдерскими захватами предприятий. Актуальны ли сегодня для России широко распространенные в лихие девяностые годы брутальные методы передела собственности, проводимые, если можно так сказать, по схеме: «закрыть», «прессовать», «отжать бизнес»?

— В последнее время эта проблема менее актуальна. К предпринимателям стали чаще применять такую меру пресечения, как домашний арест. Попытки незаконного давления (или попытки разорить бизнес, перехватить корпоративный контроль, изъять документы и перерегистрировать фирму) возможны в случае, если во время следствия руководитель предприятия находится в СИЗО. Случаи подобного рейдерства еще встречаются, но нельзя сказать, что это массовое явление.

Также отмечу, что порядка 80% обращений предпринимателей связаны с возбуждением в их отношении уголовных дел о мошенничестве. Приходится признать, что далеко не всегда речь идет о действительных нарушениях их прав. Бывает и так, что жалобы и привлечение общественного внимания к проблеме связаны с желанием избежать ответственности. Тем не менее реформирование уголовного законодательства в этой сфере — наиважнейшая задача, которую понимает и бизнес-сообщество, и руководство страны. Работа в этом направлении идет.

— Если развивать тему, какие недостатки законодательства вы видите?

— Я бы рекомендовала ознакомиться с предложениями, которые были выдвинуты федеральным бизнес-омбудсменом Борисом Титовым. Общий же смысл желаемых изменений — замена санкций в виде лишения свободы на штрафы. Логика проста: предприниматели — это наиболее социально активный слой нашего общества, поэтому лучше дать им возможность возместить причиненный ущерб, понести материальную ответственность и вести бизнес дальше, чем отправлять их за решетку. Наказание в колонии должны отбывать лица, представляющие реальную опасность для общества.

Неоднократно говорилось о том, что возможны случаи необоснованного возбуждения уголовных дел в отношении предпринимателей, необоснованного перевода дела в уголовно-правовую плоскость в случае, когда спор хозяйствующих субъектов носит сугубо гражданско-правовой характер. При этом грань между ненадлежащим осуществлением субъектом гражданско-правовых или корпоративных отношений своих прав и обязанностей и совершением уголовно наказуемого деяния очень тонкая. Часто такие случаи относятся к категории сложных, требующих привлечения экспертов и специалистов в разных областях знаний. Есть проблема волокиты по уголовным делам. В условиях осуществления предпринимательской деятельности это может привести к самым печальным последствиям. Бедой для бизнеса, о чем говорилось выше, может стать изъятие предметов, используемых в предпринимательской деятельности: документов, компьютерного оборудования, аресты счетов и недвижимого имущества. 

Еще один потенциально проблемный вопрос. Закон устанавливает запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемых и обвиняемых в совершении ряда экономических преступлений. Однако отсутствие четкого закрепления в законе понятия «преступление, совершенное в сфере предпринимательской деятельности», а также проблемы квалификации подобных преступлений приводят к избранию исключительной меры пресечения в отношении бизнесменов, привлекаемых к уголовной ответственности. 

Более того, озвучена идея прекращения практики, когда уголовное дело рассматривает по существу судья, который ранее был вовлечен в процесс рассмотрения жалобы на законность действий органов следствия, решал вопросы относительно меры пресечения. Весьма положительно отношусь к предложению о передаче ряда составов экономических преступлений в подсудность присяжных. Также поднимается вопрос об отмене квалифицирующих признаков в отношении преступлений, совершенных в сфере предпринимательской деятельности, — «группа лиц по предварительному сговору», «совершенные организованной группой». Предпринимательская деятельность предполагает наличие как минимум двух человек — например, руководителя фирмы и главного бухгалтера. А значит, без наличия на то достаточных оснований преступление может попасть под эту квалификацию, что означает назначение гораздо более суровой санкции.

— И все же, определенный тренд последних лет, и этот процесс только усиливается в нынешних внешнеполитических условиях, — укрепление роли государства в различных сферах общественных отношений, включая сферу экономики. Как вы думаете, удается ли власти находить баланс между усилением роли административных механизмов и свободой предпринимательства? Ведь мы прекрасно понимаем, что бесконтрольная бюрократия может подавить любые признаки деловой инициативы. А от этого пострадает экономика и, в конечном счете, само государство и его граждане…

— Для ответа на вопрос давайте посмотрим, как молодежь относится к идее связать свою карьеру с предпринимательской деятельностью. Еще десять лет назад число молодых людей, желавших найти себя в сфере бизнеса, было огромным. Это была мечта, молодые люди видели здесь возможности для роста, понимая, что их успех будет зависеть в том числе от их личных способностей. А сейчас молодежь куда желает идти? В чиновники! Социологические опросы показывают, что подрастающее поколение желает от жизни благополучия, стабильности и минимального риска.

— Совет по развитию гражданского общества и правам человека — это сугубо консультативный и совещательный орган. Есть ли у СПЧ какие-либо механизмы реально повлиять на ситуацию в стране? Готова ли власть слушать ваши предложения?

— В Совет входят люди с подчас диаметрально противоположными позициями по одному и тому же вопросу. В споре нам часто удается выработать и положить на стол руководителей страны конструктивные предложения относительно того, как можно действовать в той или иной ситуации. Хотя говорить о том, что мы уже многого достигли, сложно. Подчас возникает неудовлетворенность тем, чего мы добились, хотя мы делаем большую работу. Но повторюсь: мои коллеги по СПЧ — неравнодушные люди с активной гражданской позицией, имеющие за плечами богатый опыт правозащитной деятельности. У нас есть потребность работать над решением тех проблем, которые мы видим.

Периодически в заседаниях СПЧ принимают участие высшие должностные лица страны. Мы достаточно активно взаимодействуем с Госдумой. На последнем заседании первый заместитель руководителя Администрации Президента Российской Федерации Вячеслав Володин сообщил о том, что мы «бодрим власть — не очень приятно, но бодрим». 

Что касается выездного заседания СПЧ в Адыгее, в вашей республике мы встретили теплый прием и полную поддержку. Глава региона Аслан Тхакушинов проявил самый живой интерес к нашей работе и заверил, что самым внимательным образом учтет те рекомендации, которые будут выработаны по итогам визита в вашу республику.

В завершение беседы Ирина Киркора еще раз сказала слова благодарности организаторам выездного заседания СПЧ в Адыгее и руководству республики за конструктивное взаимодействие. Особые слова благодарности были сказаны в отношении бизнес-омбудсмена Адыгеи Владислава Зафесова. «У меня сложилось впечатление, что Владислав Гучевич — действительно человек на своем месте. Институт Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Адыгее имеет перспективы развития, и я надеюсь, этот процесс получит надлежащую поддержку со стороны руководства республики», — сказала наша собеседница.

Дмитрий Кизянов.

23.07.2015 в 19:09

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.