Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Министр внутренних дел по Адыгее рассказал о партнерских отношениях полиции и общества, главенстве закона и возможности компромиссов.

Актуальность вопросов безопасности общества сегодня никто не оспаривает. Совершенствование самой системы защиты от различных потенциальных угроз для людей, включая человеческий фактор, в России, как и в нашем регионе, идет. Насколько действенно — другой аспект проблемы. На минувшей неделе в Майкопском районе Адыгеи прошли автогонки высокого класса, и столь же высоко была оценена работа полиции региона по обеспечению безаварийности соревнований для участников и гостей. В обсуждение безупречной организации кто-то даже выставил в социальных сетях плакат: «Излишних мер безопасности не бывает! Поддерживаем полицию Адыгеи».

Каким должен быть современный мир и те, кто обеспечивает в нем порядок? Этой темы касался разговор за круглым столом с главными редакторами СМИ республики, инициатором которого стал Министр внутренних дел по Адыгее. Об этом и о том, каким будет уровень безопасности в ближайшем будущем, Александр РЕЧИЦКИЙ рассказал читателям «СА».

Собственно, ответственность

— Александр Георгиевич, по давней традиции День сотрудника ОВД отмечает вся страна. В праздник не принято говорить о проблемах, но они есть в Вашем ведомстве?

— Объективно — рост числа криминальных правонарушений в России не может не настораживать. Тому есть социально-экономические причины, как внутренние, так и внешние. Но есть и другие, которые во многом зависят от действий региональной власти. Адыгея входит в десятку регионов страны с наименьшим удельным весом преступлений, совершенных в общественных местах. Уровень преступности в целом статистика характеризует количеством совершенных преступлений на 10 тыс. населения. В Адыгее этот показатель составляет 98 преступлений, в Южном федеральном округе — 122, а в целом по Российской Федерации — на 10 тыс. жителей приходится сегодня 137 преступлений. Это говорит о том, что и власть, и правоохранительные структуры в нашем регионе работают достаточно эффективно, это невозможно отрицать. Проблемы, конечно, есть, но они решаются.

— Многих жителей Адыгеи сегодня волнует вопрос — повлияло ли на криминальную обстановку сокращение кадров в полиции? 

— Прошедшее сокращение касалось только аппарата управления регионального ведомства, в котором сокращению подлежали 52 сотрудника. Кроме того, на 182 сотрудника сократилось подразделение вневедомственной охраны МВД по РА. Сокращения не коснулись — и в этом была принципиальная позиция — муниципальных сил полиции и тех сотрудников, которые работают непосредственно в обществе, с людьми. То есть патрульно-постовые, службы участковых уполномоченных, уголовного розыска, спецподразделения изменений в количестве не претерпели. Сразу скажу, что тех, кто попал под сокращение, мы трудоустроили по максимуму, усилив работу на местах. Службы охраны органов власти перешли под непосредственное управление и содержание администраций самой власти. Поскольку они обучены, квалифицированны и выполняют свои задачи, свои прежние места в охране они сохранили. У них просто другое подчинение.

— Нарушений среди самих полицейских стало меньше?

— Механизм служебной деятельности в полиции сегодня прописан законом детально и четко. Начиная с деклараций о доходах в семьях полицейских и заканчивая личной жизнью каждого. В МВД по Адыгее мы постарались сделать их деятельность полностью прозрачной, выстроили систему подотчетности каждого сотрудника так, что они в ответе не только перед своими непосредственными руководителями, но и в целом в коллективе ведомства. Мы старались создать атмосферу нетерпимости к нарушениям среди самих полицейских. Хочу отметить, что на сегодняшний день 12 полицейских МВД по РА привлекаются к уголовной ответственности, но все эти случаи выявлены в большинстве своем по инициативе сотрудников собственной безопасности. Из 12 человек двое осуждены за взятки. Это бывшие сотрудники ГИБДД, которые были задержаны с поличным нашей службой безопасности. Ко всем нарушителям закона применяются достаточно строгие меры. Это также наша ведомственная инициатива — виновный полицейский должен нести строгое наказание, в соответствии с законом.

Массовые проверки

— Александр Георгиевич, сегодня часто можно услышать в обществе мнения, что у полиции появились новые контрольные или силовые полномочия, ужесточающие ее взаимоотношение с обществом. Полиции действительно дан широкий спектр действий во внутренней политике общественных взаимоотношений?

— Все, что сегодня делается с точки зрения общественной безопасности, предусмотрено соответствующими статьями Федерального закона «О полиции» 2011 года, в которых законодатель дает право полицейскому досматривать, проверять, изучать обстановку в местах большого скопления людей. Мы стали действовать жестче, принципиальней в отношении установки тех же заградительных барьеров, досмотра транспорта, с личным осмотром и проверкой документов в отношении отдельных граждан. Но сегодня так действовать заставляет сама жизнь. Любой просчет в обеспечении внутренней безопасности, а полиция в этом играет важную роль, был бы непростительным. Но, подчеркну, все действия полицейских строго регламентируются законом и нормативными документами. Любым значимым общественным мероприятиям предшествуют оперативные совещания, часто они проводятся в нашем ведомстве, с участием руководителей всех силовых структур региона. У нас единая задача — приоритет безопасности граждан. Это требует решения определенных вопросов, касающихся, к сожалению, ограничения передвижения, досмотровых действий, установления идентификации личности и т.д.

— То есть обществу следует привыкнуть к металлодетекторам, ограничительным барьерам, другого пути нет?

— Вы знаете, таких массовых мероприятий, как в последнее время, когда на улицы и площади столицы Адыгеи выходят тысячи людей, раньше не проводилось. Во всяком случае в постсоветское время. Причем количество участников, по данным наших аналитиков, возрастает от праздника к празднику. И вопросам безопасности тогда уделялось мало внимания, хотя это неправильно. Сегодня мы работаем, начиная с получения упреждающей информации, которую получаем при помощи технических средств и общественности, мониторинга ресурсов Интернета, заканчивая профилактическими мерами. Все страны так работают, и Россия здесь не является исключением. Все сегодня идут по пути ужесточения форм общественной безопасности, вводятся те или иные запреты поведенческого характера в общественных местах. К этому нужно просто привыкнуть. Относиться как к обычной процедуре посещения того или иного общественно-политического мероприятия.

— Однако это касается сегодня не только многотысячных праздников, но и банального похода в торговые комплексы.

— Мы работаем с крупными предприятиями и организациями, которые зарабатывают достаточно приличные деньги. Мы также нацеливаем их на то, что, обеспечивая безопасность внутри самих предприятий, прежде всего они защищают посетителей. Кроме того, это — основа основ раскрытия преступлений по «горячим следам». Для этого должна работать система внутреннего наблюдения, профессиональной охраны.

— Были в Адыгее какие-то серьезные происшествия в торговых центрах, когда внутренняя охрана не срабатывала?

— Характерный пример: у нас в производстве сейчас находится уголовное дело по факту поджогов в одном из магазинов крупнейшего торгового центра на территории республики. Следственно-оперативная группа установила достоверно, что характерные признаки свидетельствуют о поджоге, причем он случился ночью. Когда мы начали работать с системой внутреннего видеонаблюдения, то оказалось, что часть камер — это муляжи. И никакой информации по происшествию с видеонаблюдения оперативники получить не смогли. Мы слышали разные объяснения персонала магазина на этот счет, однако факт остается фактом. В конечном итоге мы все равно установили виновников происшествия — двое молодых людей совершили несколько таких преступлений, в том числе в Ростовской области. Мы работали вместе с нашими коллегами по установке их личностей. В результате ростовчане их задержали. Как выяснили, парни использовали небольшие приспособления, которые воспламенялись по истечении определенного промежутка времени: днем — заложили, ночью — загорелось. Хорошо, что сработала система пожаротушения, и магазин понес неглобальные убытки. Тем не менее преступников мы нашли не благодаря должной системе видеоконтроля магазина, а вопреки ей. Помогла служба безопасности самого торгового центра.

«Фальшивки» вредят экономике

— А в чем причина такой потери бдительности? За такую «экономию» приходится платить недешево, включая нервные затраты, материальные убытки, собственный имидж….

— Сложный вопрос. Еженедельно регистрируются факты обнаружения фальшивых купюр в оборотных средствах в той же торговой сфере. То есть в Адыгее часто фиксируются факты сбыта фальшивых банкнот. Мы не можем говорить, что действует какая-то организованная группа, как, к примеру, те, которые задерживались на территории республики в прошлые годы. Определенной системы в сбыте фальшивок не обнаруживается. В основном это происходит в крупных торговых центрах, в том числе в сетевых супермаркетах, на станциях АЗС. И мы сталкиваемся с тем, что процент раскрываемости этих преступлений сразу после их выявления очень и очень мал. Почему? Механизм здесь прост: если бы работала система видеонаблюдения и безопасности в обращении с деньгами у кассы, фактов сбыта фальшивок было бы гораздо меньше. Человек приходит к кассе с купюрой в 5 тыс. рублей, но самостоятельно определить фальшивку кассир не в состоянии.

— Кассовые работники не умеют это делать или нет технических средств?

— Мы разработали специальные методические рекомендации, сотрудничаем со службой безопасности торговых центров, с персоналом, определили порядок обучения персонала магазинов по распознанию фальшивых купюр. Очень плотно работаем сегодня с Национальным банком Адыгеи, который постоянно обобщает и анализирует для нас такую информацию. Составлена большая карта: какие торговые комплексы стали «точкой напряженности» — где происходил сбыт. В результате выявили, что фальшивые деньги поступают от разных категорий людей. Есть те, кто получил фальшивую купюру где-то за пределами Адыгеи, а здесь просто пришел с ней в магазин без умысла, есть те, кто целенаправленно приходит в торговый центр с умыслом сбыта, есть те, кто копил долгое время наличные деньги дома, среди которых оказалась фальшивка. Так или иначе, мы не можем сказать, что персонал сферы торговли и услуг нам серьезно помогает в раскрытии этих преступлений.

— Сбыт фальшивых денег приобрел в Адыгее массовый характер?

— У нас сегодня возбуждено больше сотни таких уголовных дел. Но каждое из них — это тяжкое преступление, совершенное против интересов государства. В Адыгее случаев меньше, чем в других, особенно крупных регионах. Тем не менее экономический ущерб наносится большой, а в масштабах страны — огромный. И мы никак не можем уговорить руководителей коммерческих предприятий, получающих солидные прибыли, обеспечить свою безопасность и безопасность государства в конечном итоге.

Сегодня неработающая специальная техника, неработающие видеокамеры — это и есть потенциальная угроза, в том числе общественной безопасности. По большому счету в современном бизнесе нет должной социальной ответственности — мы об этом говорим.

Охранный плацдарм

— Александр Георгиевич, какой бы Вы хотели видеть программу «Безопасный город» в действии? Эта программа принята давно, названы суммы средств, которые должны на нее расходоваться, и ответственные за выполнение. Это работает?

— Система «Безопасный город» для полиции — проблемная тема, но и для власти местного самоуправления — головная боль. В начале этого года изменились, так скажем, «правила игры». Было принято Постановление РФ, передающее «Безопасный город» в ведение органов власти на местах. Теперь основным разработчиком и координатором ее являются органы власти, а главным исполнителем — МЧС России. В целом по РФ руководит внедрением программы в жизнь вице-премьер РФ Дмитрий Рогозин, и серьезные подвижки в реализации, думаю, будут. Финансовое обеспечение ведется на условиях софинансирования — за счет средств федерального, регионального и муниципальных бюджетов, поэтому в регионах осталось найти варианты для выполнения этого условия. И все-таки, на мой взгляд, доминирующим элементом, который позволяет решать задачу общественной безопасности, являются функции полиции. МВД Российской Федерации, как и МВД по Республике Адыгея, — основное силовое ведомство, которое эту идею до конца отстаивает и продвигает. Более того, на сегодня все предложения, касающиеся Аппаратно-программного комплекса (АПК) «Безопасный город», нами разработаны и переданы в специально сформированную комиссию в Правительстве республики.

— В чем заключаются эти предложения?

— АПК «Безопасный город» сегодня — достаточно интегрированный и многофункциональный комплекс, который позволяет контролировать практически все сферы жизнедеятельности в любом муниципальном образовании, начиная от природных, техногенных аварийных ситуаций, заканчивая дорожно-транспортными происшествиями на какой-то локальной территории. Но сегмент, касающийся правоохранительной сферы, мы хотим сохранить за собой. Образно говоря, мы разработали концепцию «Безопасный дом, безопасная улица, безопасный район, город, субъект». Все это включается в одну систему контроля происходящих в повседневной жизни событий. Надо отдать должное Правительству Адыгеи, Ситуационный центр в республике уже создан. Он включает межведомственные группы на местах и при руководстве республики, разрабатываются нормативные документы, подбираются помещения. Активно работает основной подрядчик обеспечения АПК — Ростелеком, который вносит предложения по соответствующему техническому регламенту. Министерство внутренних дел по Адыгее оставляет за собой важный фактор — наблюдение за происходящими событиями на территории Адыгеи. Для этого у нас уже готовы соответствующие помещения, персонал, техническое обеспечение.

— Власть местного самоуправления полицию в этом понимает и поддерживает?

— В целом — да. Проблема в другом. Понимая, какова будет система в будущем, отдельные должностные лица в органах власти на местах начинают ломать старое, еще не создав новое. Сегодня не работает значительное количество камер видеонаблюдения АПК «Безопасный город», установленных раньше. Они надеются на то, что вот сейчас придет финансирование новой программы и будут поставлены новые видеосистемы. Те, что уже стоят, потихоньку списываются, убираются. С 2011 года по первоначальной программе в Майкопе было установлено 26 камер видеонаблюдения. Больше эта система никак не совершенствовалась и понемногу сходила на нет — одна камера вышла из строя, другая… Сегодня из этого количества 8 не работают. А это потенциально нераскрытые преступления, поскольку камеры видеонаблюдения АПК «Безопасный город» работают в режиме онлайн и фиксируют все, что происходит на улицах, площадях, в местах большого скопления людей.

— Чем будет отличаться новая программа АПК от предыдущей?

— Задача новой системы — интегрировать все составляющие в единое целое, чтобы человек, который будет контролировать систему, мог всю ситуацию происходящего наблюдать на едином пульте управления. Это включает территориальное видеонаблюдение — установку видеокамер в жилых домах, магазинах, торговых центрах, учреждениях и пр. Мы берем на вооружение все, что уже было создано и опробовано. Система должна срабатывать на обеспечение безопасности. Кто-то оставил подозрительный предмет в общественном месте, это должно быть своевременно установлено, и приняты должные меры.

Социальная ответственность бизнеса

— Почему не заменяются камеры и кто должен за это отвечать?

— Существует федеральный закон, который четко это определяет. Но техническое обеспечение — это для кого-то бизнес, а для кого-то обязанность. По требованиям закона, все это должно проводиться через тендер с заключением соответствующих госконтрактов администрацией муниципального образования. И все функции по обслуживанию системы отдаются в руки конкретных предпринимателей. Полиция к этому никакого отношения не имеет. Мы требуем только одного — чтобы сегмент наблюдения за безопасностью работал, то есть видеозапись должна быть источником получения информации для отслеживания ситуации. Мы должны видеть, что происходит. Нужно ставить современные отечественные видеокамеры. Это — доступно, реально.

Нас волнует тотальная общественная безопасность. Слово «тотальная» в этом случае, на мой взгляд, абсолютно приемлемое, так как любой гражданин республики заинтересован чувствовать себя в полной безопасности. Законопослушные люди не волнуются по этому поводу, беспокоятся те, кто нарушает общественный порядок и совершает преступления. Сейчас даже при существующей системе недостаточной эффективности видеооснащения города мы около 60% преступлений раскрываем очень быстро с помощью видеокамер. По большому счету все разрозненные на сегодня видеокамеры являются самозащитой какой-то коммерческой организации. Это наиболее результативное применение защитных функций в современное время.

— Как будет обеспечиваться современная защита жилых домов?

— Эти вопросы должны решать собственники жилья. Я думаю, любое товарищество собственников жилья в этом заинтересовано. У полиции нет рычагов воздействия, закон не регламентирует обязывать к этому. Но к застройщикам мы вышли с предложением — будьте вы социально активными людьми! Достаточно строить квартиры, дома с системой безопасности, с видеонаблюдением во дворе — и будет больше порядка.

— Это дорого стоит?

— В системах безопасности среди поставщиков сегодня очень большая конкуренция, за счет которой снижаются затраты на установку. Ведь в каждом доме практически стоят современные телесистемы, проведены оптоволоконные кабели. И подключить видеонаблюдение не сложно. На безопасности действительно нельзя экономить.

Елена Космачёва.

Фото из архива МВД по РА.

11.11.2015 в 14:33