Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Простая вещь  — игра сегодня способна воспитывать в детях невероятную жестокость в отношении к сверстникам, родным и близким, к окружающему миру вообще. В последние год-два это воздействие начинается даже не с возраста коротких штанишек, а почти с младенчества.

Чучело или пугало?

В одной из школ Майкопа случилась драка, о которой рассказали «СА» родители ребенка, попавшего всего лишь в очевидцы происходящего. Казалось бы, что такого? Дело в том, что драка произошла в одном из четвертых классов, а дрались ребята с невероятной жестокостью.

— Одного из мальчиков в классе заподозрили в воровстве — у девочки пропал дорогой телефон, а в его краже дети бессознательно обвинили того, кто им просто не нравился. Били и того, кого посчитали виновным, и его друга, прибежавшего на выручку из соседнего класса той же параллели. Учителей в этот момент не было в классе, по словам школьников, «они были на совещании», — эту версию рассказали родителям уже дома дети из класса, в котором произошли события.

Безусловно, конфликт постфактум разобрали в педколлективе, виновникам драки сделали внушение в воспитательных целях, поговорили с их родителями. Все — из приличных, социально защищенных семей. Суть вопроса в другом. Откуда в детях берется жестокость? И если несколько человек в классе могут спровоцировать такие «разборки», то где гарантия, что завтра в аналогичную ситуацию не попадут другие их одноклассники, ведь педагог не может находиться с детьми безотлучно. Примеры привели дети младшего возраста из разных школ.

— Мы играли с девочками на спортивной площадке после уроков, просто ждали, когда начнутся тренировки в секции. К нам подошли мальчишки из параллельного класса — из тех, что считают себя самыми «крутыми». Тот, кто среди них верховодит, выхватил у меня мобильный телефон, бросил его на асфальт и каблуком разбил вдребезги. Сказал: «Ты, очкастая, с таким «отстоем» стыдно в школу ходить», — рассказала третьеклассница Оля.

Оля носит очки и уже в третьем классе ее называют «ботаном» — в смысле «ботаником».

— Мобильный телефон был действительно не новый, кнопочный, а зачем ребенку в школе нужен смартфон? Телефон необходим только для того, чтобы позвонить бабушке, которая приходит ее встречать из школы после секций. Но нас все равно возмутило такое отношение между детьми, ведь это — всего лишь 3 класс! Я бы сама надрала уши этому «крутому» младенцу, коль его не воспитывают дома, — говорит в сердцах мама девочки.

Педагоги не всегда знают досконально взаимоотношения в классе даже начальной школы. То, что происходит за рамками учебного процесса, им подчас недоступно. А время изменилось, кардинально повлияв на нравы общественных взаимоотношений внутри детских коллективов. Если раньше наказывали за то, что мальчишки дерутся линейками и плюются бумажными шариками из трубочек, то сегодня иные шалости: селфи на фоне драки, видео о том, как одноклассник корчится от боли и плачет под градом кулаков и насмешек — запросто! «Он — не воин, он всего лишь статист в игре, которого воин повергнет», — говорит о подобной ситуации 10-летний Артем.

Взрослые констатируют факты: дети в 12—14 лет склонны к жестокости даже по отношению к близким, которые их любят, — «А ведь маленький был таким добрым и отзывчивым…»

— Мы сегодня были в музее и видели там пугало горного орла, — рассказывает первоклассница Марина маме.

— Не пугало, а чучело, — поправляет ее педагог.

— Все равно — пугало, потому что неживыми птицами за стеклом можно детей только пугать, — высказала свою точку зрения девочка.

Презентация живой природы на экране интерактивной доски им доступней. В этом возрасте они чувствуют, что понятие «неживая» несет в себе ощущение дискомфорта и боли.

А что делать, если «Чучелом» окажется в классе ребенок? Случаи травли возникают порой из ничего — не такой, как все: не так одет, новичок, приезжий.

— В первом классе часто оказываются дети, которые психологически еще дошкольники. То есть они просто не готовы осваивать такие глобальные понятия, как личное пространство другого человека, сострадание, дружба. Зато легко поддаются общему настрою, правилам поведения в определенной группе. Если в классе принято дразнить тех, кто чем-то отличается, к примеру толстяков, дети это подхватывают, — комментирует кандидат психологических наук, преподаватель кафедры психологии личности Российского государственного гуманитарного университета (Москва) Татьяна Котова.

По мнению школьных педагогов-психологов, в младших классах детей на переменах необходимо чем-то занимать. Для этого существуют комнаты психологической разгрузки с развивающими играми. И, соответственно, меньше поводов для неконструктивных действий.

Как быть, если узнали, что ваш ребенок участвует в травле? Не осуждать, не читать морали: «Как ты мог? Это ужасно!» Школьник просто замкнется в себе и никогда больше не будет ничего рассказывать. А главная задача родителей — выяснить, что он при этом испытывал? Как правило, интерес: а что будет, если вот досадить, «поковырять» другого? Не помогут и нравоучения типа: «Поставь себя на его место!».

— Умение посмотреть на себя со стороны нужно воспитывать, причем исподволь, читая с ребенком книги соответствующего содержания, разговаривая с ним в домашней обстановке о том, как принимать решения в подобной ситуации, — говорят педагоги со стажем.

Няня — матрица

«Заправлены в планшеты космические карты», — известная строчка из песни 1960-х годов. Тогда каждый ребенок мечтал стать космонавтом, полететь в космической ракете к далеким мирам, стать первооткрывателем неизведанных планет. Сегодня у детей в планшетах карты нового поколения…

— Никак не могла собрать сына в сад, он меня не слышит в буквальном смысле. Как только проснулся, хватает в руки планшет и «ныряет» в Интернет, — жалуется мама, опаздывая на работу.

Четырехлетнему Саше родители подарили на день рождения отличную игрушку — электронный планшет, чтобы он не клянчил их айфоны. Теперь Сашу, как и многих других детей, от экрана не оторвать. Он не слышит родителей, увлеченный сюжетом мультимедийного действа. Никакие уговоры и контроль по времени не помогают, ребенок становится раздраженным, капризным и шумным, другими игрушками его не занять.

— Для многих молодых родителей планшет стал находкой. По сути, он заменил няню. Если ребенка не с кем оставить, он соглашается идти с мамой куда угодно, хоть в салон красоты, где маме будут четыре (!) часа делать прическу и маникюр, где она успеет наговориться с мастерами и посетительницами, и малыш не заметит времени, занимаясь компьютерной игрой. Все знают, что это вредно, плохо, но ссылка на обстоятельства допускает найти оправдание. То же самое происходит и дома: родители могут переделать все необходимые дела, ребенок им не мешает. Дорогая игрушка стала настолько удобной, что взрослые не отдают себе отчета в том, а что же малыш «выносит» из игры, какие делает выводы, они об этом даже не догадываются. Ведь сам он еще ничего не может объяснить, — говорит врач-психолог Наталья Сергиенко.

«То, как мы воспитываем детей, что ребенок получает от общества, что видит на экранах, определяет мир маленького человека. Затем все мифы и легенды в голове у подростка объединяются в смысл бытия, и, когда они вдобавок сливаются с мыслями друзей, его развитие начинает двигаться в придуманном им направлении. Такая простая вещь, как игра, приобретает новый смысл, многократно усиливая восприятие ощущений — эмоции, кроме которых уже не важно все остальное», — написал в электронном письме в «СА» один из наших читателей, негодуя против «электронного воспитания».

«Для подростков игра — кайф, их не интересует реальность. Конечно, не все такие, но вам не кажется, что кусочек нашего общества здесь налицо?» — обсуждают родители эту же тему в социальных сетях.

«Моя мама работает воспитателем в детском саду. Она рассказывала, как дерутся сегодня дети — очень жестоко, не понимая, что творят. Они не чувствительны к чужой боли. Откуда это берется?» — спрашивает пользователей сети мама под ником «Катерина».

«Моему сыну 6,5 лет, идет в первый класс. По телевизору только детективы, боевики и т.д. Наши старые детские фильмы, на которых мы выросли, смотреть не хочет. Недавно подслушала его разговор с другом, смотрели у нас кино. Мой говорит: «Классно валятся, да?». Друг (9 лет) отвечает: «Да! Мои родители на выходных уедут, приходи боевик смотреть, там вообще жесть». Мой сын потом пытался у меня узнать, что такое «жесть». Я в шоке!» — отвечает ей «Немезида».

— Все дело в том, что с ранних лет нынешние дети садятся за компьютер и очень быстро его осваивают. Они сами находят себе игры через Интернет. Как правило, это «гонки», «стрелялки», «охота» на динозавров и пр. Все, что происходит на экране, — происходит «понарошку». От игры к игре повышаются уровни, а с ними приходят и новые страшные сюжеты. Так происходит со многими современными детьми из года в год. Сегодня психологи буквально бьют тревогу — дети воспринимают реальность как матрицу компьютерной игры, где не ощущается ни боли, ни слез, ни потерь. Они не отдают себе отчета в том, что не контролируют этот «драйв». И постепенно превращаются в компьютерных человечков, — комментирует педагог-психолог.

В эти игры они играют и в школе, пряча в ранцах планшеты или смартфоны, которые подарены заботливыми родителями, чтобы ребенок был как все. И даже лучше…

Елена Космачёва.

20.11.2015 в 14:28