Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

То, что черная полоса в жизни обязательно сменится белой, ярко показывает пример Евгения Буманите.

Все мы выходим из семьи. И от того, какой была эта семья, зависит, какими мы станем во взрослой жизни. Мы с ранних лет впитываем семейные традиции и несем их с собой до самого «финала». Значение семьи в жизни каждого человека огромно.

А как быть детям, которые выросли в детском доме? С кого им брать пример, какие традиции считать семейными? Кого, кроме государства, которое заботится о них, благодарить за крышу над головой, учебу в среднем и высшем учебном заведении?

Мы побывала в гостях в доме, построенном для детей-сирот, у интересного, начитанного, грамотного молодого человека Евгения Буманите. Своей красивой и столь необычной фамилией он обязан деду по маме, выходцу из Литвы. Когда-то мама Евгения, оставшись в 12 лет круглой сиротой, нашла кров и заботу в Майкопе, у дальней родственницы Пелагеи Николаевны. Горестная судьба, к сожалению, повторилась: мамы мальчика не стало, когда ему исполнилось 14 лет. Первое время Евгений жил со старенькой бабушкой. Но она, в силу возраста, уже не могла заботиться о мальчике. Так Женя оказался в Шовгеновской школе-интернате.

Новый дом и счастье в нем
Новый дом и счастье в нем
— Конечно же, для меня такой поворот судьбы стал настоящим потрясением, — говорит Евгений. — Хорошо, что я был уже достаточно взрослым, чтобы не сломаться психологически. Пришлось рано повзрослеть. Я принял всю эту ситуацию — с новым местом жительства — как временную. Окончил экстерном школу. Меня на лето забирал двоюродный дядя, так что я не чувствовал себя всеми покинутым сиротой. Хорошо учился, ездил от интерната в лагеря отдыха, строил планы на будущее. 

Евгений решил для себя, что после девятого класса пойдет учиться в 35-й колледж на мастера по отделочным работам. Но в эту группу набор был уже завершен. Пришлось выбрать профессию слесаря-механика. В процессе учебы получил водительское удостоверение, на каникулах работал на заправках города. Один год после окончания школы-интерната жил в приемной семье. Воспоминания об этом периоде жизни у Евгения самые теплые. Хорошая семья, добрые люди. Когда он почувствовал себя финансово независимым, ушел на квартиру. Решил, что он уже не маленький ребенок, которому нужно опекунство.

— Я рано научился принимать решения, — говорит Евгений. — Надеюсь, что правильные. Чрезмерная опека иногда портит молодых людей, тогда ты считаешь, что тебе все должны. Так можно оставаться ребенком до старости. Я знал, что рассчитывать не на кого, кроме как на себя. Те основы, что были заложены еще в детстве, в семье, остались ориентиром в жизни. Я не пристрастился к алкоголю, равнодушен к сигаретам. На свой девятнадцатый день рождения сам себе подарил велосипед. Почти год собирал на него деньги — из тех, что заработал на заправке.

Окончив колледж, Евгений поступил в МГТУ, в настоящее время учится на втором курсе. О том, что ему, как сироте, положено жилье, он узнал в органах опеки. В ноябре прошлого года ему посоветовали как можно быстрее собрать все необходимые документы. Что он и сделал, не особенно надеясь на новоселье.

— В моей практике уже был случай с долгосрочными обещаниями, — говорит Евгений. — Мне, как сироте, должно было оплачиваться жилье, когда я жил на квартире. Тогда я тоже дважды собирал справки, но дело так и не сдвинулось с мертвой точки. Поэтому, уже имея опыт общения с подобными структурами, я не питал больших надежд по поводу собственного жилья. Когда в органах опеки мне сказали, что уже строят дом, в котором сиротам дадут квартиры, я не удержался, поехал на велосипеде посмотреть, так ли это. Увидел это красивое здание, обрадовался. Помню, рассматривал окна, стараясь угадать, где будут мои…

И все равно у Евгения до последней минуты были сомнения. Неужели действительно дадут квартиру? И только когда в торжественной обстановке ему вручили ключи, окончательно успокоился. Поднялся на свой этаж, открыл входную дверь — вот он, дом, здравствуй!

Начались приятные хлопоты. Купил кое-что из мебели и стал обживать новое жилище — просторную, светлую однокомнатную квартиру.

Нужно сказать, что эту приятную новость о новоселье с Евгением разделила его подруга Виктория Кулокова. Как и он — сирота, но при живых родителях. В трехлетнем возрасте малышку определили в детский дом. Из детских воспоминаний — занятия физкультурой во дворе детдома, новогодние праздники, добрые воспитательницы. В первый класс она пошла в Шовгеновскую школу-интернат, где и встретилась со своей старшей сестрой Мариной. Уже было не так одиноко, сестры много общались, все свободное время проводили вместе. Но Марина — она была старше Вики на девять лет — вскоре окончила школу и уехала в Москву учиться в колледже. Как раз в это время в интернат пришла Нуриет Тлевцежева, жительница аула Мамхег, с предложением отпустить на летние каникулы Викторию. Спросили Вику, хочет ли она поехать в аул, пожить в семье? Девочка согласилась.

— Я была еще маленькая, конечно же, боялась новой обстановки, чужих людей, — вспоминает Виктория. — Нуриет обняла меня, и я почувствовала, как от нее веет таким нужным материнским теплом. Каждому ребенку хочется, чтобы у него была мама. И я ее нашла — в лице Нуриет. Уже на следующий день я стала называть ее мамой.

Лето пролетело незаметно. Кроме Вики, в семье жили и другие приемные дети из интерната. Конечно же, жизнь в семье отличалась от интернатской. Приемные дети жили в отдельном доме, старались помогать по хозяйству взрослым. Приемная мама учила девочек ведению хозяйства. Вике больше всего нравилось помогать взрослым в огороде, сажать рассаду, поливать всходы, а потом — собирать урожай.

— Интернатские дети живут на всем готовом, — говорит Вика. — Мы не знали, как растут овощи, как готовится обед. Наша приемная мама научила нас вкусно готовить, накрывать на стол, шить, привила нам хорошие манеры. Мы действительно чувствовали себя одной большой семьей. Потом, спустя несколько лет, я встретилась со своей биологической матерью. И тоже назвала ее мамой. Я простила ее за свое сиротство и детдом и не держу зла. Но и Нуриет я по-прежнему называю мамой, благодарна ей за любовь и заботу обо мне. Это удивительной души человек, когда я поехала в Майкоп учиться в лицей, она помогала мне, поддерживая и словом, и делом. Для каждого человека его семья, пусть и приемная, является опорой в жизни.

Когда Вике было двенадцать лет, она вместе с другими интернатскими детьми отправилась на лето в детский лагерь. Где и увидела Евгения. Он поразил девочку своей отрешенностью. Все дети веселились, смеялись, шумели. А Евгений сидел поодаль и внимательно наблюдал за всем происходящим. Он тогда учился в старших классах и, конечно же, не обратил никакого внимания на черноглазую девочку из младшего отряда. А Вика его хорошо запомнила. Вскоре Евгений окончил школу и уехал из интерната. Казалось бы, их жизненные пути навсегда разошлись. Но у Ее Величества Судьбы, как оказалось, был иной план в отношении молодых людей.

После интерната Виктория поступила в лицей №6 учиться на повара-кондитера. Но о своем принце из интернатского детства никогда не забывала. Как-то, зайдя на сайт в соцсетях, она вдруг узнала знакомый грустный взгляд! Они стали переписываться, затем встретились.

— Я рассказала Евгению о нашей первой встрече в лагере отдыха, — говорит Виктория. — Он, к сожалению, меня ту, еще совсем маленькую девочку, не помнит. Но нам есть что вспомнить из интернатской жизни. Есть чем поделиться друг с другом. Мы, что называется, из одной песочницы — интернатской. Знаем цену дружбе и взаимовыручке, нам знакома горечь предательства близких людей.

Раскроем их тайну — Евгений уже сделал Виктории предложение руки и сердца. Она ответила согласием. Молодые люди готовятся к свадьбе. Планов на совместную жизнь у них множество. Летом хотят вместе поехать работать на Черноморское побережье, поварами. Для этого Евгений готов окончить курсы кулинаров, чтобы не отставать от своей уже дипломированной спутницы — Виктория только что защитила диплом!

Евгений и Виктория уже вместе отметили самый первый из семейных праздников — Новый год. Вместе наряжали маленькую елочку в новой квартире. В их доме уже поселился целый зоопарк мягких игрушек: ежики, зайчата, медвежата. 

Мечтая о будущем, молодые люди хотели бы уже сегодня продумать хорошие добрые семейные традиции. Чего сами, к сожалению, были лишены в силу своего сиротства, в том числе и социального. Кто знает, может, они будут собираться по вечерам за обеденным столом и обсуждать прожитый день, делиться планами, или дружно отправляться на велопрогулки всей семьей, или путешествовать по стране. Но то, что они встретились, чтобы уже никогда не расставаться, — очевидно. Как и то, что именно с них начнутся все традиции новой семьи, ее будущих поколений.

— Жизнь человека не может состоять сплошь из черных полос, — улыбается Виктория. — Да, нам пришлось пережить трудные времена. Все плохое — в прошлом. Сейчас у нас светлая полоса. Мы счастливы и готовы поделиться этим счастьем со всем миром. И свое жилище мы называем не просто обезличенно — квартирой, а именно домом. Это очень важно. Возвращаясь откуда-то, мы говорим: «Вот мы и дома». Бытует мнение, что дома и стены помогают. Эти стены теперь стали нашими. Для нас, детей-сирот, когда-то лишенных родного дома, это слово свято. Это действительно наш дом.

Валерия Ломешина.

Фото автора.

05.02.2016 в 15:26