Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

«Лета к суровой прозе клонят…» Веселое перо Александра Сергеевича Пушкина так пометило наступление «переходного возраста» в творчестве, когда поэт уже «лениво волочится» за «шалуньей рифмой», начиная больше предаваться «другим, хладным мечтам», «другим строгим заботам», которые целесообразнее и разумнее выразить прозой. Переход к новому жанру происходит, однако, не без сложностей и не всегда обусловлен возрастом творца. В стилистике настоящих поэтов, даже ставших крупными беллетристами, удерживаются «родимые пятна» первоначальной музы. Да и она не отпускает от себя «изменщика», по-прежнему отнимая у него при случае драгоценные часы вдохновения. И вполне состоявшиеся прозаики безропотно пребывают в этом плену. И не всегда «лета шалунью рифму гонят». Тем не менее вновь приобретенная репутация сильного прозаика оказывается превалирующей, и на былые достижения данного автора в поэзии перестают обращать внимание. Представляется, что такое происходит и с творчеством Исхака Машбаша.

Примечательно при этом другое. В поэтических произведениях Машбаша легко угадывался будущий большой прозаик. С ранних пор в его стихах проявлялся эпический тип мышления, подчиняющий себе весь состав образной системы автора. Наибольшую свою завершенность поэтика Машбаша находит в стихотворениях, обращенных к истории народа, к ее трагическим страницам. «Адыги, — напоминает поэт, — древнейший народ. Народ — это вечное дерево, проросшее корнями в глубину земли. Сыновья народа росли, «честь и мудрость ценя». Голос их нетрудно узнается в крови у поэта. «Это все — от касогов, из дальних времен, и от горных отрогов, и гордых имен». Но судьба жестокосердна к вечному дереву, все ветви которого пропахли дымом сражений.

Над тобою прошла 

лихолетьем беда,

В море Черном от слез 

стала горше вода,

Как стонал, как болел 

твой разрубленный ствол,

Знали те, кто остался, 

и те, кто ушел.

Тема исхода адыгов, гибельного пути выбора тех, «кто ушел», впоследствии будет глубоко разработана в крупных прозаических полотнах Машбаша. То дерево — вечное. Но срастутся ли вместе разрубленные части его ствола? Возвратит ли себе когда-нибудь единство расколотое тело народа? На эти вопросы пока нет ответа.

У каждого человека есть своя вершина, на которую он должен взойти. У лирического героя Машбаша своя река, свое море, которое он должен найти, а где-то есть берег, зовущий и манящий к себе:

Порою мне кажется: 

я — как ручей, как река,

Что к морю торопится, 

падая больно со скал,

Я знаю и сам, 

что дорога моя нелегка,

Но есть мое море, 

и я его долго искал!

Исхак Машбаш давно нашел свое море. Это море — безбрежный мир его романов, воссоздающих картины русско-кавказских отношений, отсчитывающих их историю, начиная действительно из тьмы веков, — по названию одного из романов, действие которого начинается в 999 году от Рождества Христова.

Роману «Жернова» из этого цикла предпосланы слова известного кавказоведа барона К.Ф. Сталя, русского офицера, принимавшего участие в военных действиях против горцев: «Пройдут годы, изменятся обстоятельства и постепенно успокоится Черкесия. Страна, на которой, так сказать, нет места, не окупленного подвигом, не ознаменованного кровавым событием. Когда-нибудь досужий писатель соберет материалы, прислушается к преданиям, опишет просто, без прикрас, эту войну». События Кавказской войны Исхак Машбаш описывает без прикрас, объективно, придерживаясь строгих концепций историзма. Каждая сторона, втянутая в конфликт на Кавказе, преследует свои интересы. Эти интересы почти во всех случаях носят узкоэгоистический характер. И только народ, защищающий свою землю, свои честь и свободу, достоин быть представленным как народ, ведущий справедливую борьбу. Именно его представителей писатель наделяет лучшими моральными чертами. Терпя поражение на поле битвы в силу безусловного преимущества противника, они всегда остаются победителями в нравственном отношении.

Из сложных переплетений разнохарактерных явлений объективный взгляд писателя выхватывает не только сюжеты из истории сопротивления горцев безжалостному натиску имперской военщины, но и яркие эпизоды совместных русско-адыгских действий в самых различных сферах жизни, ныне называемых историками «контактными зонами».

В романах Исхака Машбаша не только художественная правда, но и историческая правда фактов. Автор широко и умело пользуется документами. В некоторых случаях их фрагменты прямо вмонтированы в текст, что увеличивает впечатление художественной достоверности. Особенно широко представлены подлинные источники в последнем романе — «Лазутчик».

Мемуары Ф.Ф.Торнау «Воспоминания кавказского офицера» (изданы в 1864 году), представляющие собой отличный материал для историко-приключенческого романа, до сих пор терпеливо дожидались своего художественного интерпретатора. Но Исхака Машбаша интересует не авантюрная сторона биографии, несомненно, храброго офицера, мужественного разведчика, а военно-политическая деятельность высокообразованного сторонника либеральных взглядов, свободного от великодержавно-шовинистических установок своего круга. Образ Торнау пополняет созданную романистом галерею портретов выдающихся кавказских деятелей, во главе которых мы видим прежде всего полковника Хан-Гирея, который, несмотря на близость к царскому трону, не смог склонить Николая I в пользу своих идей о мирном развитии отношений с черкесами. Трагическая судьба Хан-Гирея воплотила в себе и неудачи целого ряда других выдающихся наших соотечественников, поборников мирного русско-адыгского сближения: Измаила Атажукина, Шоры Ногмова, Кучука Джанхотова и многих других. Собственно, и герой романа «Из тьмы веков» Рэдэд (Редедя в русских летописях) погибает, пытаясь провести в жизнь те же идеи.

С Исхаком Шумафовичем я знаком давно. Сегодня он — один из крупнейших представителей многонациональной литературы Российской Федерации. Ведет и огромную общественную работу. Не буду перечислять его многочисленные регалии, скажу лишь об участии в деятельности писательских организаций и, в частности, Союза писателей Адыгеи, который он возглавляет с 1962 года. Кроме этого, Исхак Машбаш — главный редактор объединенной редакции литературно-художественных и детских журналов, выходящих в республике. Уже много лет является сопредседателем Союза писателей России, заместителем председателя исполкома Международного сообщества писательских союзов (СНГ). Его авторитет в литературных кругах России и странах СНГ чрезвычайно высок, уважение коллег к нему беспредельно. Такая деталь. После распада Советского Союза и разрушения Союза писателей СССР в Москве и в регионах России образовались альтернативные творческие объединения. Между ними часто возникают серьезные противоречия. Сгладить нежелательные трения правление Союза писателей России обычно поручает Исхаку Шумафовичу. И на российских форумах писателей, и на съездах МСПС председателем мандатной комиссии избирают его. И он непременно добивается соглашения между «альтернативными» делегациями. Российское писательское сообщество внимательно следит за творческими достижениями И.Машбаша. Я присутствовал на вручении ему литературной премии имени Михаила Шолохова в Союзе писателей России и был свидетелем его чествования.

Большая группа российских писателей во главе с председателем СП России В.Н.Ганичевым участвовала и в презентации романа «Хан-Гирей» в постоянном представительстве Республики Адыгея в Москве.

Решительность Исхака Машбаша в действиях, когда это требуется ради справедливости, дипломатический такт, сдержанность характера, его умение отстаивать интересы коллег достаточно известны. Вспоминается история так называемой «обороны Дома писателей» в Москве на Комсомольском проспекте. В 1990 году Мосгоскомимущество решило отобрать у писателей их Дом. Писатели действительно заняли круговую оборону и двое суток никого не пускали в помещение. Но «набеги» на Дом не прекращались. Народный депутат СССР, член Верховного Совета СССР Исхак Машбаш вместе с другим писателем — депутатом Василием Беловым пошли в Верховный Совет СССР, встретились с его председателем А.Лукьяновым. Дошли и до самого М.Горбачева, Президента СССР. Только тогда была снята осада Дома писателей. В нем и поныне располагается СП России.

В 2003 году литературная общественность страны отмечала 50-летие выхода первой книги Исхака Машбаша. В приветствии, подписанном Сергеем Михалковым, Юрием Бондаревым, Расулом Гамзатовым, Мустаем Каримом, Давидом Кугультиновым, другими виднейшими литераторами страны, подчеркивалось: «Ваши стихи, поэмы и романы раскрывают широкую панораму жизни родного народа, особенности национального характера адыгов… Свой колоссальный творческий труд Вы всегда сочетали с активной государственной и общественной деятельностью… За 50 лет служения литературе Вы показали себя мудрым, глубоким писателем…»

Деятельное участие Исхака Машбаша в литературном процессе в Советском Союзе и в России убедительно выражено в его публицистике. Недавно увидел свет сборник Исхака Машбаша «Литература — жизнь моя», в котором собраны статьи, выступления, интервью на указанную тему. Достаточно ознакомиться с заголовками материалов сборника, чтобы получить представление о жизненном и творческом кредо писателя. Вот, к примеру: «Легче трясти дерево, зная, что на нем есть плоды», «Ответственность за слово», «Надо правду сказать народу», «Исповедую идеологию народа», «Идеи добра и гуманизма должны быть в центре наших произведений», «Пишу о прошлом, думая о будущем», «Если я не буду работать, моя жизнь остановится», «Духовная сила слова — основа единства народа» и т.д. Добавлю заголовок интервью в «Литературной газете» — «Малых народов не бывает!»

Несмотря на почтенный возраст, Исхак Шумафович крепко держится в седле. Энергия его продолжает набирать новые обороты, не снижается и общественная активность. Он по-прежнему внимателен к коллегам, товарищам, к более молодым собратьям по перу. Всегда готов помочь, поддержать. Верится: реке его жизни предстоит еще долгий путь. И немало она еще может намести золотых россыпей таланта.

О литературных вкусах и пристрастиях поэта, писателя многое могут сказать произведения иноязычных авторов, которых он переводит на свой родной язык. Удивителен и разнообразен состав произведений, которые Исхак Машбаш сделал достоянием адыгейского читателя. Это и «Слово о полку Игореве», и «Медный всадник», «Скупой рыцарь», «Моцарт и Сальери» А.С.Пушкина; «Беглец» М.Ю. Лермонтова, «Железная дорога» Н.А.Некрасова, «Двенадцать» А.А. Блока, «Анна Снегина» С.А.Есенина, «Облако в штанах» В.В.Маяковского. Исхака Машбаш — автор слов популярной у адыгов, в том числе в диаспоре, песни «Адыги», а также текста Государственного гимна Республики Адыгея. Стихи и проза Исхака Шумафовича переведены на многие языки народов России и стран СНГ, отдельные произведения — на английский, французский, китайский, арабский, турецкий, испанский, немецкий, польский, болгарский языки.

Есть у Исхака Машбаша цикл стихов, посвященный предметам и деталям адыгской жизни и быта. Замечательно воспета им и непременная атрибутика национальной одежды — черкеска. Ее «кроили девушки в ауле» из «неба и зари». «И хоть по мне черкеска сшита, Всему Кавказу подошла».

Творчество Исхака Машбаша легко узнаваемо, как черкеска. И хоть оно рождалось для адыгейского читателя, переложенное на многие другие языки, стало близко и понятно не только Кавказу, но и душе, сердцу жителей всей России, всего мира. Каждый, кто соприкоснулся с ним, может сказать: вот какие они — адыги, которых «издавна черкесами зовут». И это, несомненно, самое большое счастье для поэта.

Хачим Кауфов

30.05.2016 в 13:19