Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"
Фото Артура Лаутеншлегера / САФото Артура Лаутеншлегера / СА

В ноябре 1986 года майора Владимира Соловьева, служившего в Майкопе, по приказу направили на Украину для участия в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС. Командиром батальона.

На тот момент прошло несколько месяцев со дня аварии на атомной станции, и был учтен опыт тех, кто побывал в 30-километровой зоне до него и его товарищей. Солдат-срочников среди вновь прибывших ликвидаторов уже не было. Все были в возрасте от 30 и старше, учитывалось наличие семьи и детей. Майору Соловьеву тогда исполнилось 34 года. В Майкопе его ждали жена Галина, сын и дочь.

Город-призрак

Специальность, полученная Владимиром Соловьевым в военном училище, — «защита войск от радиационного и химического поражения» — помогла профессионально и грамотно оценивать оперативную обстановку в ходе работ по ликвидации последствий аварии.

Как рассказал мой собеседник, каждый день в восемь часов он со своими подчиненными выезжал в город Припять. Дорога занимала примерно 50 км в одну сторону. В 16 часов смена завершалась, и все возвращались в лагерь.

Как известно, после аварии 1986 года все население Припяти было эвакуировано, и город приобрел статус отселенного. Жителям сообщили, что после работ по дезактивации они смогут вернуться домой. Однако специалистам было все понятно сразу — после аварии жить в Припяти нельзя.


Было жутковато. На балконах висели вещи, стояли коляски и велосипеды. Жителей нет. Мы видели только собак и ворон.


К тому же сразу после Чернобыльской катастрофы было принято решение о строительстве нового города атомщиков — Славутича, в чистой зоне на расстоянии 50 ки­лометров от ЧАЭС. Многие бывшие жители Припяти переехали в Славутич в 1987 году.

Власти, принимая решение дезактивировать Припять, предполагали использовать его в качестве вахтового поселка для ликвидаторов. А городскую инфраструктуру — для размещения исследовательских проектов и организаций. Что, собственно, и происходило до начала 2000-х.


Специальность, полученная Владимиром Соловьевым в военном училище, помогла профессионально и грамотно оценивать оперативную обстановку в ходе работ по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС.


Работы в Припяти после аварии позволили сократить распространение радиоактивных материалов за пределы Чернобыльской зоны отчуждения. Иначе бы мародеры вынесли и вывезли оттуда все что можно. Эвакуация жителей Припяти проходила оперативно. Им запретили брать одежду, посуду, любые предметы быта, вывозить мебель, бытовую технику и тому подобное. Припять стала городом-призраком.

— Это действительно было жутковато. На балконах висели вещи, стояли коляски и велосипеды. Жителей нет. Мы видели только собак и ворон. Но нужно было выполнять поставленные задачи, и эмоции оставались в стороне, — вспоминает ликвидатор.

Поинтересовалась, чем конкретно занимались военнослужащие под руководством Владимира Максимовича.

— Город разбили на участки, и нужно было собрать грунт на глубину штыка лопаты. Зараженную землю загружали в машины и вывозили в специальные ямы-могильники. Вместо зараженного грунта территорию засыпали песком. Мой батальон работал на территории пристани, в городском парке, в том числе в районе колеса обозрения, фото которого стало одним из символов аварии, а также на заводе стройконструкций (где было много брошенных инструментов, техники), — вспоминает Соловьев.

Еще рота батальона с помощью техники копала могильники для захоронения грунта. До начала работ производилась радиационная разведка — территорию обследовали с помощью дозиметров. Это позволяло определить точки с высоким уровнем радиации. Если ликвидатор делал неверный шаг и попадал на такую точку, то мог за минуту набрать смертельную дозу радиации. Чернобыльцы, как сейчас называют ликвидаторов аварии на ЧАЭС, были своего рода сталкерами из романа братьев Стругацких. Один шаг на самом деле мог стоить жизни.


Факт

Много историй связано с попытками вывезти из зоны отчуждения разные бытовые мелочи и не только. Один из ликвидаторов рассказал о таком случае: военнослужащий пытался вывезти из 30-километровой зоны отчуждения… несколько шоколадок. При досмотре на КПП (на выезде из зоны отчуждения) это выяснилось. Инцидент едва удалось замять. Виновник сказал, что хотел детям послать. Хотя ранее он прошел жесткий инструктаж по поводу облучения.


Коварная радиация

После смены проверялись на стационарных радиометрах. Все отправлялись в баню. Переодевались в чистое нательное белье. Верхнюю одежду, по словам Владимира Соловьева, не меняли. Из средств защиты во время работ был только респиратор «лепесток». Питание, к слову, в лагере было отличное: плотный завтрак, мяса в порциях было «больше, чем каши», сгущенка, фрукты, минеральная вода.

Один из солдат с первого дня работы в зоне отчуждения почувствовал себя плохо, у него пошла из носа кровь. Когда это повторилось, военнослужащего перевели на службу в пределах лагеря в Радче.

Когда Владимир Соловьев набрал предельную дозу облучения, то получил приказ — оставаться в лагере. И через неделю прибыла замена. Офицер из Майкопа смог вернуться домой в феврале 1987 года.

Разрушенный реактор ЧАЭС / lastportal.org
Разрушенный реактор ЧАЭС / lastportal.org

Интересуюсь — чувствовалось ли влияние радиации физи­чески?

— Это влияние индивидуально, у каждого человека проявляется в зависимости от состояния здоровья. В 1987 году я не почувствовал каких-либо изменений в организме. Тем более что радиация тем коварна, что воздействует и по прошествии времени. Сегодня я — инвалид второй группы, облучение бесследно не прошло. Хорошо, что жив, а многие ушли из жизни преждевременно, — говорит подполковник в отставке Владимир Соловьев.

Вернувшись в Майкоп, ликвидатор Соловьев продолжил военную службу. Уволился из 131-й мотострелковой бригады в июле 1994 года. В 1990-е годы был в составе инициативной группы, когда создавалось общественное движение чернобыльцев. С теплотой вспоминает первых руководителей общественной организации ликвидаторов — Логвинова, Сиксимова.

Его дети получили высшее образование, стали юристами.

У Владимира Максимовича подрастают три внука. Старший внук оканчивает третий класс, среднему 9 мая исполнится пять лет, младшему — почти три года. Они гордятся дедушкой. Вместе с ним возлагают цветы к мемориалу в День памяти, 26 апреля.


Кстати

Авария на Чернобыльской атомной электростанции произошла 26 апреля 1986 года.

В результате взрыва на четвертом реакторе атомной станции он был полностью разрушен. В окружающую среду было выброшено большое количество радиоактивных веществ. Авария расценивается как крупнейшая за всю историю атомной энергетики — и по количеству погибших и пострадавших от ее последствий, и по экономическому ущербу.

Максимальная доза облучения для ликвидатора аварии на ЧАЭС в 1986 году была определена в 25 рентген, или бэр. В 1987 году эта «норма» снизилась. После того, как участник ликвидации аварии на атомной станции набирал предельную дозу облучения, его командировка заканчивалась, он возвращался домой.

Всего более 600 тысяч человек участвовали в ликвидации последствий аварии, в том числе более 800 военнослужащих и призванных из запаса жителей нашей республики.

Сегодня в Адыгее проживают порядка 450 участников ликвидации радиационных аварий.

26.04.2018 в 10:09