Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"
Фото: архив САФото: архив СА

К 100-летию государственности Адыгеи «СА» публикует материал доктора исторических наук Казбека Ачмиза о жизни и деятельности первого руководителя Адыгейской автономной области Шахан-Гирея Умаровича Хакурате.

Становление личности

В год 100-летия государственности Адыгеи мы вновь обращаемся к тем историческим личностям, которые оказали существенное влияние на развитие своих народов. Среди них навсегда вписано в историю имя Шахан-Гирея Хакурате, который всю свою сознательную жизнь стремился вывести Адыгею на самые передовые рубежи в экономическом и социальном развитии не только на Северном Кавказе, но и в СССР.

Выдающийся сын адыгского народа родился 28 апреля (10 мая по старому стилю) 1883 года в ауле Хаштук в семье крестьянина-середняка Умара Хакурате. Шахан-Гирей рано познал тяжелый труд, нелегкую долю трудового народа, особенно бедняков, составлявших немалую часть жителей родного аула. В 1899 году окончил Панахесское одноклассное училище, а в 1905 году — Екатеринодарскую военно-фельдшерскую школу и стал первым фельдшером среди адыгов. Служил в Екатеринодарской городской управе, работал в городской больнице, Кубанской войсковой сельскохозяйственной школе.

Хакурате рано начал вести революционную работу, связав свою деятельность с рабочими кружками Российской социал-демократической партии. В 1908 году он был арестован и выслан за пределы Кубанской области, жил в Осетии, затем в Новороссийске, вел нелегальную революционную работу.

В 1917 году после Февральской революции Ш.Хакурате отправляется в Екатеринодар и выступает за передачу власти на местах в руки Советов. С первых дней установления советской власти на Кубани находится в гуще революционных событий. В годы Гражданской войны участвовал в разгроме деникинских частей. В 1920 году добровольцем вступил в ряды I Конной армии, был секретарем комячейки полка.

Он внес существенный вклад в становление ААО. По ходатайству Горского исполкома Кубано-Черноморский комитет РКП(б) отозвал Хакурате из Новороссийска и направил его для работы в исполкоме. 20 июля 1921-го он был кооптирован в члены исполкома и избран председателем. Приход в Горский исполком Хакурате сыграл большую роль в укреплении и поднятии авторитета исполкома, на практические рельсы был поставлен вопрос выделения горцев Кубани и Черноморья в самостоятельное национально-территориальное государственное образование.

Нет смысла перечислять все перипетии той непростой работы, которую вели члены Горского исполкома по созданию автономной области. Достаточно отметить, что настойчивая деятельность Хакурате, его заместителя Сиюхова после трехкратного обсуждения на заседании Президиума ВЦИК данного вопроса привела к появлению 27 июля 1922 г. постановления об образовании Черкесской (Адыгейской) автономной области в составе трех округов, путем выделения аулов на территории Екатеринодарского и Майкопского отделов, включавших чересполосно русские населенные пункты (с их согласия) в состав автономной области.

7-10 декабря 1922 г. в ауле Хакуринохабль состоялся I областной съезд Советов Адыгеи, завершилось образование ААО. Съезд единогласно избрал Ш.Хакурате председателем облисполкома.

Хакурате стоял у истоков всех важнейших начинаний в области экономического и культурного строительства в Адыгее. Первое профессиональное учебное заведение — педагогический техникум, открытый весной 1925 г., был его детищем. По инициативе Хакурате был организован массовый поход за ликвидацию неграмотности в Адыгее — I и II культпоходы. Здесь отличились студенты и преподаватели педтехникума.

Переломным этапом в развитии Адыгеи стала индустриализация и коллективизация. Многие тогда были уверены, что новый общественный строй — социализм будет построен быстро, и сознательно шли на жертвы, неудобства и тяготы, считая их временными. Энтузиазм, «ударничество» в годы первой пятилетки, стахановское движение в период второй пятилетки выливались в мощные пропагандистские кампании, вдохновлявшие широкие массы рабочих на самоотверженный труд. Под непосредственным руководством Хакурате строились многие объекты национальной промышленности, включая Адыгейский консервный комбинат в пос.Яблоновском.

По инициативе Хакурате Северо-Кавказским крайкомом ВКП(б) была принята развернутая программа экономического и культурного развития национальных областей Северо-Кавказского региона.

Изначально ААО набрала очень высокие темпы коллективизации. К весне 1930 г. было объединено 93% крестьянских хозяйств (по стране — до 60%).

Небывало поднялась активность женщин-черкешенок, и преобладание женского заработка в колхозах над мужским стало нередким явлением.

Массы жадно потянулись к знаниям. Произошел огромный скачок от глухого нежелания учиться до нехватки мест в пунктах ликбеза от стремящихся к знаниям, не говоря уже о

100%-ной явке по всеобучу. В итоге Адыгея «первая и единственная на Северном Кавказе пришла к ленинским дням с отличными результатами по ликбезу и в апреле 1931 г. была удостоена переходящего Красного Знамени Наркомпроса РСФСР и Центрального совета общества «Долой неграмотность», награждена денежной премией в 5 тыс. руб. и кинопередвижкой.

Успешно Адыгея завершила и коллективизацию. Центральные газеты писали, что ААО стала первой в СССР областью сплошной коллективизации. В колхозы вступило к середине 1931 г. 98,8% крестьянских хозяйств области.

Эти успехи можно напрямую отнести к деятельности областной партийной организации и лично Ш.Хакурате.

Лидер

Хакурате был реальным лидером Адыгеи. Он обладал природным умом, смекалкой и мог решать проблемы на опережение. С учетом спущенных сверху установок, местных обстоятельств и особенностей хозяйств и учреждений он умел ставить конкретные задачи и жестко контролировать их исполнение, лично знал не только руководителей производств и учреждений, но и ведущих специалистов, передовиков.

Обладая хорошим ораторским даром, он умел убеждать людей, вызывать энтузиазм и вселять в них уверенность. Трудовые массы были убеждены: Хакурате никогда не обманет! Под его руководством были достигнуты впечатляющие успехи в народном образовании, здравоохранении, культуре. Он обладал кипучей энергией и работоспособностью. Авторитет его был столь велик, что трудящиеся называли его ласково — «наш старик».

Вечерами в скромно обставленном кабинете Хакурате часто собирались товарищи по работе, ходоки из аулов и станиц Адыгеи. К нему с просьбами обращались и стар и млад. Он всегда вникал в суть их проблем и оказывал помощь и содействие.

Конечно, вся эта напряженная работа не могла не сказаться на здоровье Ш.Хакурате. В 1933 г. у него случился первый инфаркт, а после лета 1935 г., когда он много ездил в сильную жару по области, в сентябре ударил второй.

5 октября 1935 г. на 53-м году жизни он скончался в Москве, в Кремлевской больнице от атеросклероза венечных сосудов сердца с осложнениями, которые привели к параличу сердца.

Гроб с телом Хакурате был доставлен в Краснодар специальным поездом и установлен для прощания в актовом зале Адыгейского педтехникума. Десятки делегаций с заводов и фабрик Краснодара, колхозов, совхозов из близлежащих районов Кубани и Адыгеи, десятки тысяч жителей пришли проститься с Хакурате. 10 октября под прощальные залпы артиллерийского салюта он был похоронен в сквере напротив здания Адыгейского обкома партии и облисполкома.

В целях увековечения имени Хакурате постановлением бюро обкома ВКП(б) и облисполкома от 16 октября 1935 г. было принято решение о переименовании Тахтамукайского района в Хакуратенский, аула Хаштук в аул им.Хакурате, удовлетворена просьба рабочих и служащих Адыгконсервкомбината о присвоении предприятию имени Хакурате. Также его имя присвоено областной колхозно-совхозной школе, Адыгейской областной больнице, колхозу «Пахарь», Ивановской НСШ Еленовского сельсовета. Железнодорожный разъезд Кошехабль был переименован в станцию Хакурате. В апреле 1936 г. объединенное заседание бюро Адыгейского обкома ВКП(б) и президиума облисполкома обратились с просьбой в Азово-Черноморский крайком ВКП(б) и край­исполком, чтобы они вышли с ходатайством в ЦК ВКП(б) и СНК СССР о сооружении памятника на могиле Ш.Хакурате.

Перемены

В январе 1937 г. в Москве состоялся громкий «процесс антисоветского троцкистского центра». Затем с 23 февраля по 5 марта прошел Пленум ЦК ВКП(б), обсудивший вопрос о задачах партийных организаций в связи с предстоящими выборами в Верховный Совет СССР на основе новой Конституции, принятой 5 декабря 1936 г. В заключительный день работы Пленума ЦК ВКП(б) с докладом «О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников» выступил И.Сталин. Слово «ликвидация» говорило само за себя. Организовывались громкие судилища в различных городах, в том числе и на Северном Кавказе, в основном на пленумах партийных комитетов — обкомов, крайкомов, ЦК союзных республик. В стране была создана атмосфера всеобщей подозрительности, нетерпимости и вражды. Фабриковались сенсационные обвинения, одно нелепее другого. Если за определенное время партийный руководитель не находил «вредителей», его исключали из партии за притупление политической бдительности. В итоге был зачислен в разряд «врагов народа» и Хакурате, и его имя на 20 лет было предано забвению.

Его обвиняли в том, что, будучи руководителем автономной области, он создал буржуазную националистическую организацию, которая ставила своей целью отсоединение Адыгеи от СССР и присоединение ее к иностранному государству, в частности к Турции.

Такие понятия, как свобода личности, презумпция невиновности, право на обжалование судебного приговора, постепенно исчезают из судебной практики, а после убийства С.Кирова в декабре 1934 г. принимается закон об ускоренном, упрощенном и окончательном рассмотрении политических дел. Признание подсудимым своей вины стало лучшим доказательством. На практике это означало, что суд вправе вынести приговор человеку, вина которого не доказана, а лишь предполагается.

Бывший первый секретарь Краснодарского крайкома ВКП(б) Л.Газов, выступая на IX областной конференции ВКП(б), проходившей 30 мая — 2 июня 1938 г., прямо утверждал, что в ААО раскрыта буржуазно-националистическая организация, которая в течение целого ряда лет вела вражескую работу и возглавлялась Хакурате. Газов цитирует участникам конференции «показания» арестованных подследственных, проходивших по «адыгейскому делу» видных руководящих работников ААО, — Мишуриева, Багова, Баракаева и ряда других: «Эти люди должны будут дать ответ перед пролетарским судом за свои вражеские дела… Что показывает Мишуриев о Хакурате? Вот его показания: «Если до 1927 года можно было говорить еще о национальной ограниченности Хакурате, то с 1927 года он открыто проявляет себя как буржуазный националист». В подтверждение этого не приводится ни одного факта.

При передопросе в 1955-1956 гг. участников «адыгейского дела», которым расстрел был заменен на длительные сроки заключения, следует, что бывшие работники НКВД путем пыток и издевательств над подсудимыми заставляли их подписать заранее подготовленные протоколы допросов и вынуждали подтвердить эти лживые показания в суде и оговорить себя и других лиц в преступлениях, которых не совершали.

Сегодня точно установлено, что эта «буржуазно-националистическая организация» существовала лишь в больном воображении тех, кто ее якобы ликвидировал, — сотрудников органов НКВД.

Историческая правда

5 ноября 1967 года был установлен бюст у административного здания рисосовхоза, носившего имя Хакурате в а.Афипсип. Позднее появились улицы его имени в Майкопе и Краснодаре. В сентябре 1987 г. на здании бывшего Адыгейского обкома партии и облисполкома в Краснодаре была установлена мемориальная доска, посвященная Ш.Хакурате.

Мы в большом долгу перед этим удивительным человеком. К сожалению, выдающийся сын адыгейского народа, патриот-интернационалист не имеет сегодня ни могилы, ни памятника. Празднование 100-летия государственности Адыгеи предоставляет уникальную возможность полностью реабилитировать и восстановить честное имя Хакурате, принять окончательное решение об установлении ему памятника в столице республики, о котором уже не одно десятилетие говорит общественность.

Казбек АЧМИЗ

26.04.2022 в 10:18