Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Татьяна ДубовикТелеканал «Россия-Культура» завершил в Адыгее съемки документального фильма об адыгах. Он выйдет весной и станет частью большого проекта «Земля людей». «СА» побывала на одной из локаций — в мастерской Аслана Негуча «НАН», где снимали эпизод о традиционных ремеслах, и побеседовала с продюсером фильма Анной Коряковцевой. В интервью она рассказала о том, чем съемочную группу удивила Адыгея, почему в фильме будет мало сюжетов о знаменитом адыгейском сыре и как в республике исполнилась мечта одного из представителей их команды.

— Анна, проект «Земля людей» существует уже три года, и в одном из интервью вы сказали, что он настолько пришелся по душе зрителям, что многие уже сами звонят на канал, просят приехать в их регион и рассказать о народе. Поездка в Адыгею как сложилась?

— Удивительно прозвучит, но нашему приезду в Адыгею поспособствовал коронавирус. На осень у нас была запланирована поездка в другой регион, но там сейчас обострение эпидемиологической обстановки, поэтому нужно было найти замену. Стали думать. И один из членов нашей команды вдруг сказал: «Я мечтал побывать в Адыгее! Поедем туда?» Я тоже очень люблю Кавказ, и мы начали подготовку к поездке.

Беседуешь с человеком, и он тебе говорит: «Уже все не так, как было раньше! И традиции не так чтят…» Но посреди разговора входит старший — и все встают. Значит, есть традиции! И они настолько глубоко проникли в современную жизнь, что не воспринимаются чем-то, о чем нужно отдельно говорить...

— Как проходила подготовка? Как для фильма выбираете героев?

— Начинаем с того, что связываемся с руководством региона: звоним, пишем о том, что хотим приехать, спрашиваем, готовы ли нас принять. Наши фильмы по-настоящему народные, и для того, чтобы обратиться к какому-то народу, нужно поговорить с руководством, главами диаспор. Это ведь проявление уважения — подойти к старшему и спросить разрешения. И мы в своей работе этому правилу этикета следуем. Если получаем согласие, начинаем подготовку в Москве: читаем, собираем информацию. Важно, что мы всегда интересуемся, что сами люди хотели бы рассказать о своем регионе, о своем народе. Это отличает наши фильмы. Расскажу на примере Адыгеи.

Если спросить у любого жителя страны об Адыгее, вероятнее всего, он заговорит о сыре. Адыгея и сыр, казалось бы, неразрывные понятия. Так вот, в нашем фильме практически нет упоминаний о сыре! И не потому, что это неинтересно или неценно. Нет! Наша задача — рассказать стране и миру (наши фильмы ведь участвуют в международных фестивалях) то, о чем еще неизвестно, потому что в культуре и традициях адыгов так много иных ярких вещей и событий, которые далеко не исчерпываются знанием о сыре.

Итак, мы приезжаем и просим рассказать о том, что важно для данного народа, чтобы раскрыть особенности его истории и культуры. Так постепенно открываются какие-то тайны, люди, их характеры, сегодняшняя жизнь народа. И мы со съемочной командой следуем за этой жизнью.

— То есть показываете регион, его культуру через судьбы людей, истории их жизни?

— Абсолютно верно! Документальный проект, как и человек, имеет свой характер. В каждом проекте есть авторский подход — где-то научный, когда важно серьезно погрузиться в какие-то детали, где-то просто рассказываем историю. О своих фильмах мы всегда говорим, что это проект о красоте людей. И нам очень везет! Мы путешествуем уже три года и нигде не встречали плохих людей. Все наши герои удивительно красивые, наполненные любовью к своим родным местам!

Фото Татьяна Дубовик

— В Адыгее в каких местах успели побывать? Что мы увидим в фильме и что особенно впечатлило лично вас?

— Мы снимаем очень много материалов, и что войдет в фильм, будет понятно только после того, как над ним поработают автор и режиссер в Москве. Что касается впечатлений от Адыгеи — поделюсь с удовольствием.

У меня есть наблюдение: когда въезжаешь в город, есть признаки, по которым можно определить, насколько сильно люди сплочены. Первый и главный признак — это чистота. Так вот в Адыгее чистота в абсолютном ее виде! Ухоженные улицы, дома, заборы — все аккуратное. И, конечно, удивительная природа, а воздух настолько свежий, что, кажется, можно почувствовать, как он обволакивает тебя.

— Вы бывали во многих регионах на Кавказе. Практически везде есть красивая природа, горы, чистый воздух, многие традиции в чем-то схожи. Именно в Адыгее что-то особенное отметили?

— Здесь очень сильно ощущается взаимосвязь человека с природой. Очень близкие у меня были ощущения, когда мы снимали сюжеты о шапсугах в Краснодарском крае. Разговариваешь с человеком — он не может точно сформулировать мысли о своей религии, но, если подойдет к дереву, будет разговаривать с ним, как с живым существом. Думаю, эта связь с природой у адыгов на каком-то генетическом уровне, что, кстати, ярко проявляется в особенностях национального костюма — в адыгских орнаментах. Причем в современной одежде это тоже видно. Я, например, с удовольствием приобрела сумочку с золотым шитьем от вашей мастерицы Сафиет Сет. Это стильный, современный аксессуар с традиционными природными орнаментами. Похожие вещи мы видели в фондах Национального музея Адыгеи, например на кафтане, которому уже сотни лет.

Что еще поразило и порадовало. Беседуешь с человеком, и он тебе говорит: «Уже все не так, как было раньше! И традиции не так чтят…» Но посреди разговора входит старший — и все встают. Значит, есть традиции! И они настолько глубоко проникли в современную жизнь, что не воспринимаются чем-то, о чем нужно отдельно говорить...

Очень понравилась мультикультурность. Адыги — открытый народ. Это подкупает. Вот Аслан Негуч, у которого мы сейчас в гостях, — человек, который на сто процентов соответствует нашим представлениям об идеальном герое! О чем с ним ни заговори — во всем он найдет красоту: в каждой веточке, каждом человеке и поступке. Мне показалось, что это не только его личные человеческие качества, но и некоторая национальная черта всех адыгов. Несколько дней назад мы снимали в мастерской Замудина Гучева, общались с ним и его супругой Раисой Унароковой. Они очень глубокие и мудрые, в результате у нас состоялся интересный и интеллектуальный разговор.

Мы заметили, что с кем бы ни встречались в Адыгее, все очень хорошо, красиво говорят. Ощущение, что у всех по два-три высших образования в области этнографии. Хотя человек может заниматься, к примеру, строительством, но иметь серьезные знания по истории и культуре своей страны.

— Наверное, это от любви к культуре своего народа? Можно быть инженером, но, к примеру, заниматься древним искусством золотого шитья или делать традиционные черкесские седла…

— Согласна. Так, мы были в гостях у Хамеда Схатбиевича Хоконова в ауле Егерухай. Он работает в сельском Доме культуры и увлекается коневодством. Меня поразила одна история. Он показал своего коня и рассказал, что, когда жеребенок родился — не мог ходить. Пришлось выпаивать его, чтобы спасти ему жизнь. И теперь этот конь — не просто его друг, он для него как ребенок. Когда Хамед заходит в конюшню, конь даже ревнует хозяина к другим лошадям, если тот подойдет не к нему первому. Это их единение — настоящее. Оно ощущается! Вот такие душевные моменты в жизни людей мы и стараемся показать.

Любая традиция формировалась в народе с учетом требований своего времени. Нельзя применить то, что было 100 лет назад, к сегодняшнему дню как кальку. Что-то важное и незыблемое сохраняется, а что-то новое привносится согласно требованиям сегодняшнего дня

— Честно признаюсь — вы сейчас развеиваете мои стереотипы о документальном кино. Всегда воспринимала его как что-то скорее официальное...

— Документальное кино бывает разным. Сейчас молодые режиссеры делают потрясающие фильмы. Часто они не официальные, не академические, в них есть особый авторский взгляд, что отличает их от того документального кино, которое снимали еще 10 лет назад. Документы ведь разными бывают. Список населения какого-то района или историческая справка о том, что люди носили век назад, — это документ. Но и чье-то любовное письмо — это тоже ведь своего рода документ. Наш фильм — это документ о любви к Родине.

— Мне кажется, что сейчас какой-то особенный интерес к этнографии в обществе. Мы это видим и по нашим материалам и просмотрам, к примеру, на сайте — статьи о культуре, традициях, народных мастерах всегда особенно популярны. Вы бывали в разных регионах, везде так?

— Сейчас происходит возрождение культур народов по всей России. Это возрождение идет из регионов. Я вижу неподдельный интерес молодежи к этнографии, истории народов. У нас принято с сожалением говорить: «Вот раньше было по-другому!» Да, конечно, было по-другому. И через 50 лет многое поменяется и что-то будет по-другому. Но это не значит, что мы все теряем, есть то основное, что должно сохраниться и развиваться. Очень много для этого делает как раз молодежь, которой я лично восхищаюсь. Любая традиция формировалась в народе с учетом требований своего времени. Нельзя применить то, что было 100 лет назад, к сегодняшнему дню как кальку. Что-то важное и незыблемое сохраняется, а что-то новое привносится согласно требованиям сегодняшнего дня.

Последние 20 лет было ощущение некой пустоты, в которой люди истосковались по культуре и традициям, по тому, что является исконно российским. Россия состоит из большого числа народов. Возрождение национального самосознания действительно ярко ощущается и, думаю, с каждым годом будет нарастать.

В мультикультурности России — наша сила. Проект «Земля людей» как раз о том, какие мы сильные, когда мы вместе!

Нашим героям мы всегда задаем вопрос: «А для чего нам сохранять культуру?» Мне очень понравился ответ, который дала героиня в Дагестане. Она сказала: «Ну, как же? Мы ведь перед Всевышним тогда все одинаковыми будем!» Нас отличает культура. Разве это не повод бережно к ней относиться и сохранять?

P.S. Съемочная группа проекта «Земля людей» благодарит всех, кто помогал в организации съемок и принимал в них непосредственное участие, — в частности, главу Адыгеи Мурата Кумпилова, Комитет республики по делам национальностей, связям с соотечественниками и СМИ и руководителя комитета Аскера Шхалахова, общественное движение «Адыгэ-Хасэ — Черкесский парламент», старшего научного сотрудника Национального музея Адыгеи Аслана Това — за консультативную работу.

Над фильмом об адыгах работают операторы Андрей Митрофанов и Михаил Скотников, автор Александр Крастошевский, режиссер Алексей Прописцов и директор Николай Шкаруба.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook



Закон Республики Адыгея