Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

Фото Артур Лаутеншлегер

Заслуженный работник здравоохранения Адыгеи, лучший врач года, доктор Майкопской городской клинической больницы Рустем Вакажев рассказал «СА» о работе отделения анестезиологии и реанимации, о драйве и стрессах, которым подвергаются врачи его специальности, а также о том, есть ли в медицине место для чуда.

В реанимации

После года сверхинтенсивной работы в госпитале все медики из красной зоны были в отпуске. Вышли, надели обычные медицинские халаты и ощутили резкий контраст по сравнению с защитными костюмами. Не хочется вновь в них облачаться, — говорит Рустем Вакажев, пока мы идем с ним в ординаторскую.

Из-за роста заболеваемости коронавирусом в городской больнице вновь готовят один из корпусов под госпиталь. Это на случай, если переполнится республиканская инфекционная клиническая больница.

Рустем Асланович и отделение реанимации и анестезиологии, которым он руководит, всю пандемию спасали тяжелобольных ковидом. Это было сложное время: переполненная больница, ограниченное количество медперсонала.

Наше отделение испытывает нехватку кадров. Так сложилось, что не только у нас в регионе, но и в целом по стране и в мире дефицит реаниматологов. Потребность в кадрах больше, чем желающих работать по этой специальности. Есть много объяснений, одно из них — психологический аспект. К нам попадают самые сложные пациенты, находящиеся в критическом состоянии, — рассказывает врач.

Мы чаще других видим летальные исходы. Второе — работа реаниматолога в тени. Как правило, в острой стадии болезни сознание у пациентов затуманено, а когда мозг выходит на стадию стабильного состояния, то человека переводят в другое отделение. Пациент думает, что его спасли кардиологи, неврологи или хирурги. Наша специальность не на слуху и у студентов медицинских вузов; да, какие-то темы проходят в университете, но в целом внимание ей уделяют небольшое, — добавляет врач.

При этом он с трудом представляет себя в другой профессии. Анестезиология, по его словам, дает драйв, благодаря чему он когда-то остался именно здесь и не ушел в кардиологию, хотя планировал поступать в ординатуру именно на это направление.

Врач-анестезиолог видит положительный эффект от своих действий уже спустя несколько часов. Это сильно мотивировало меня и послужило стимулом остаться в общей анестезиологии и реанимации, не уходить в кардиологию, — говорит доктор.

Точки опоры

В Майкопской городской клинической больнице Рустем Вакажев работает уже 20 лет. Решение стать врачом было совсем не случайным. Его родители и старшая сестра — медики. Жена тоже врач — кардиолог.

У нас в семье врачи разных специальностей, но анестезиология-реаниматология пересекается со всеми. Естественно, какие-то сложные и интересные случаи обсуждаем дома. Когда рядом грамотные специалисты, с ними легко и приятно консультироваться, — говорит он.

И добавляет, что надежный тыл в виде семьи — это один из факторов, который помогает пережить стрессы на работе. Также серьезной опорой для Рустема являются вера и взаимопонимание, сплоченность в коллективе.

На практике в отделении анестезиологии и реанимации бывали случаи, которые, кроме как чудом, никак не назовешь. Один из последних таких примеров: пожилой 81-летний мужчина заразился ковидом. Две компьютерные томографии показали, что у него 100-процентное поражение легких.

Мы понимали, что с таким поражением в таком возрасте шансы выжить ничтожно малы. Однако задача врача всегда в том, чтобы сделать все, что от него зависит, при любых обстоятельствах максимально помочь человеку. Мы сделали, что должны, и наш пациент выжил, — рассказывает доктор.

И такие случаи, по его словам, периодически происходят, вдохновляя и придавая сил.

Фото Артур Лаутеншлегер

Ситуация с ковидом длится уже больше года, а потому возникают более устойчивые штаммы. Таковым является «дельта»-вариант коронавируса, скорость распространения которого в два раза выше, чем у британского. Судя по тому, что говорят коллеги из столицы, он чаще тяжело поражает молодых людей — 30-40 лет.

Ковидное время

Готовиться к пандемии Рустем Вакажев начал с января прошлого года, когда в Китае разгоралась ситуация с коронавирусом.

В конце января заказал для отделения респираторы высокого класса защиты. В марте мы стали уже плотно готовиться работать в условиях эпидемии. Инфекция новая, знаний, как действовать в условиях эпидрежима, не было. Несколько раз перечитывал СанПиН, читал различную литературу из китайских больниц, чтобы перенять опыт. Ковидный госпиталь на базе больницы открылся в мае, а работать в защитных костюмах мы начали еще в апреле, — вспоминает врач.

В самый пик заболеваемости, в декабре прошлого года, болели и врачи. Ковид не обошел стороной отделение реанимации и анестезиологии — несколько докторов заразились вирусом, и отделению пришлось обходиться малыми силами.

Сегодня в мире складывается еще более тревожная ситуация. В Москве уровень заболеваемости выше, чем в самый пик прошлого года. В какой-то форме это дойдет и до нас. В природе вирусы конкурируют между собой, и выживает сильнейший. Если популяция людей быстро приобретает коллективный иммунитет, то вирус не может долго жить в этой среде и вероятность мутации снижается. Ситуация с ковидом длится уже больше года, а потому возникают более устойчивые штаммы. Таковым является «дельта»-вариант коронавируса (индийский), скорость распространения которого в два раза выше, чем у британского. Судя по тому, что говорят коллеги из столицы, он чаще тяжело поражает молодых людей — 30-40 лет, — рассказывает Рустем Асланович.

Быстрее развивается цитокиновый шторм, и больше всего печалит врачей тот факт, что протоколы лечения, выработанные в прошлом году, сейчас стали менее эффективны.

Первым такое заявление сделал главврач Коммунарки Денис Проценко, вслед за ним и другие московские врачи подтверждают, что эффективность препаратов, которые блокировали развитие цитокинового шторма, в разы ниже при «дельта»-варианте ковида, — говорит доктор.

Он добавляет, что необходимо носить респиратор. Если медицинская маска защищает лишь на выдохе, то респиратор — это 99%-ная защита на вдохе. Врач объясняет, что важно, сколько вируса вдохнул человек: если его количество незначительно, то у иммунитета есть возможность быстро отреагировать.

Укол с иммунитетом

Поможет ли вакцинация от новых штаммов?

Надо предполагать, что чем выше титры антител у человека, тем больше вероятность того, что он или не заболеет, или заболеет в легкой форме. Это общее положение, которое распространяется и на новые штаммы, — поясняет Рустем Асланович.

И добавляет, что заболеть после вакцины можно, но это не говорит о том, что вакцина неэффективна.

По официальным данным, эффективность «Спутника V» — 91%, значит, 9% людей могут заразиться коронавирусом после прививки. Еще 16% привитых, по данным производителя, могут болеть в легкой форме. Соответственно, у 25% вакцинированных есть вероятность заболеть в легкой или тяжелой формах, — говорит он.

Поэтому логично после прививки сдать количественный анализ на титры антител, который позволит определить, защищен ли человек от коронавируса.

Например, в кардиологии, если от препарата эффективность 50%, это считается большим успехом и его используют в практике. Вакцина с эффективностью в 91% — это отличный показатель. «Спутником V» прививаются с осени, и не только в России, но и в ряде других стран, есть много информации, и если бы были выявлены какие-то серьезные побочные явления, то об этом давно стало бы известно, — считает Рустем Вакажев.

Чаще всего негативные последствия от вакцины развиваются в ближайшее время после укола. Если взять все вакцины, которые существовали и существуют сегодня, то отдаленные последствия были в единичных случаях.

Зато мы видим, что от самого коронавируса последствия очень серьезные. В Германии провели исследования, которые показали, что уже 10% переболевших страдают постковидным синдромом, подразумевающим болезни различных органов, в том числе наблюдается рост аутоиммунных заболеваний. Вот это действительно страшно, — говорит врач.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить






Закон Республики Адыгея