Официальный сайт республиканской газеты "Советская Адыгея"

На фото Андрей Гончарук (слева) с однополчаниномСреди воинов — участников советско-японской войны — Андрей Степанович Гончарук. Он рассказал «СА» о военной операции на Дальнем Востоке. Родился Андрей Степанович в селе Марьяновка Приморского края в большой многодетной семье.

— Мой отец был знатным пчеловодом, держал до трехсот ульев и один управлялся, без помощников, его даже в Москву на выставку ВДНХ приглашали. А мне по душе больше была техника, я мечтал стать трактористом. Вначале работал в совхозе ездовым, на лошадях, потом меня командировали на курсы трактористов. Окончил их успешно, и мне выдали трактор — ЧТЗ, с железными колесами, — вспоминает то время ветеран.

По словам Андрея Степановича, случилось это как раз накануне начала войны в 1941 году. 

— А год спустя нас, девятерых молодых ребят, предупредили, что будут забирать на фронт. У нас была бронь, но тем не менее нас уже обучали военному делу. Я, еще учась в школе, неплохо стрелял, отличался меткостью. И меня вскоре направили на учебу на курсы снайперов. По результатам стрельбы входил с число лучших снайперов по Хабаровскому краю. Еще год я работал в совхозе трактористом. Помню, как раз шла уборка хлеба. Ко мне на поле прискакал на лошади порученец из военкомата и велел явиться завтра же с вещами, — говорит Андрей Степанович.

В памяти навсегда

Его определили в роту снайперов при штабе 4-го укрепрайона. Весь личный состав их воинской части в составе 15-й армии 225-й воинской дивизии 2-го Дальневосточного фронта подняли по тревоге. Вырезки из газет, исторические справки о той военной операции бережно хранятся в семейном архиве ветерана. Он и сейчас время от времени перечитывает скупые сводки, а перед глазами — война…

— В оперативную зону действия 2-го Дальневосточного фронта входили тысячи километров границы, от реки Бикин на востоке до слияния рек Аргунь и Газимур на западе. Согласно плану наступления, 2-й Дальневосточный фронт наносил главный удар силами нашей 15-й армии из района Ленинское на сунгарийском направлении и вспомогательный, силами 5-го стрелкового корпуса, из района Бикин на жаохэйском направлении. Остальным войскам фронта предстояло перейти в наступление на следующий день. 15-я армия должна была во взаимодействии с двумя бригадами речных кораблей Амурской флотилии и при поддержке авиации 10-й воздушной армии форсировать Амур по обе стороны устья реки Сунгари, овладеть городом Тунцзян и развивать наступление на Цзямусы и Харбин, — наизусть цитирует ветеран историческую справку.

Наступление

Войска 2-го Дальневосточного фронта начали наступление в ночь на 9 августа. В начале операции активные наступательные действия велись на двух направлениях — сунгарийском (вдоль реки Сунгари) и жаохэйском. Сунгарийское направление считалось главным, там действовали войска 15-й армии. Лето 1945 г. выдалось дождливым, вода в реках поднялась, вышла из берегов и затопила окрестности. Это сильно осложняло наступление советских войск. Места, намеченные для сосредоточения войск, оказались затопленными, дороги размыты. Заболоченные берега Амура крайне затрудняли подход к реке и выбор участков для переправ. Поэтому места сбора войск и пункты переправ приходилось намечать вновь и далеко от обороны противника.

— Чтобы обеспечить форсирование Амура, командование 2-го Дальневосточного фронта усилило 15-ю армию переправочными средствами: понтонными парками, плавающими автомобилями и баржами Амурского речного пароходства, — вспоминает фронтовик. — Но главную роль сыграли корабли Амурской флотилии. Они переправили большую часть войск и боевой техники, а заодно подавляли артиллерийским и пулеметным огнем огневые точки противника, располагавшиеся на берегу и мешавшие форсированию реки. Вначале мы плыли по реке Маньчжурии, на плоскодонных судах, их называли «мониторы». Затем нас погрузили на корабль, и восемь суток мы шли без остановок по Татарскому проливу и вышли в Охотское море. Неприятель нам мешал двигаться, то и дело организовывал обстрелы кораблей. Но к тому времени нас уже поддерживала наша авиация. Мы двигались мимо острова Сахалин, в сторону Камчатки.

По воспоминаниям Андрея Степановича, особенно трудно в эту операцию пришлось сухопутным войскам — пехотинцам и танкистам.

— Мало кто знает, что так называемые камикадзе сражались и против нашей армии, совершавшей наступление в Маньчжурии. Только там действовали другие смертники — сухопутные. Эти люди обвязывали себя гранатами и бросались на наших солдат и под танки, провоцируя взрыв. И иногда подобные атаки были массовыми. Так, например, однажды во время танкового наступления наших войск одновременно 200 японских «живых бомб» кинулись на наши танки. Кстати, в бой против Красной армии японское командование пускало не только людей, обвязанных бомбами, но даже специально натренированных собак со взрывчаткой на спине, которые ложились под наши танки, — рассказал ветеран.

Андрей Степанович с особым уважением делится своими воспоминаниями о трудностях наших танкистов в этой военной операции. Казалось бы, малоизвестный эпизод той войны — скоростной марш-бросок на расстояние в 350 километров с последующим выходом к Центрально-Маньчжурской равнине — месту, где находился тыл Квантунской армии.

— Выполнить этот бросок предстояло бойцам шестой гвардейской танковой армии. Но для этого им надо было преодолеть почти непреступный Хинганский горный хребет. Крутизна склонов, которые предстояло пересечь советским танкам, доходила до 50 градусов, и наши доблестные воины смогли все это преодолеть! — не скрывает своего восхищения танкистами фронтовик.

Демобилизация

С огромной радостью наши воины встретили сообщение о полной капитуляции японской армии. Демобилизовавшись в звании сержанта, Андрей Степанович вернулся домой, пошел работать в совхоз. Потом судьба распорядилась так, что он в 1951 году уехал на Кубань, затем — в Адыгею. Край этот ему понравился, и он решил здесь остаться навсегда. Устроился на работу в СМУ-3 — вначале плотником, каменщиком, затем водителем на грейдер.

— Помню, как мы строили в Майкопе кинотеатр «Октябрь», Дом связи, другие красивые административные здания. Как передовик производства, я получил план под строительство дома. Женился, родились дети. В этом доме, построенном своими руками, я и живу по сей день, — рассказывает Андрей Степанович. 

Среди его военных и трудовых наград — медаль «За победу над Японией», орден «Знак Почета», медаль «Трудовая доблесть», он имеет звание заслуженного строителя РСФСР. 

Андрей Степанович вместе с супругой вырастил троих сыновей.

— Я — богатый дед и прадед, у меня трое внуков и пятеро правнуков. Так что жизнь свою я прожил не зря — и защищал Отечество от врагов, и созидательным трудом налаживал мирную жизнь, — говорит ветеран.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить



Мы в Facebook



Закон Республики Адыгея